пятница, 9 марта 2012 г.

МАТРЁШКА ИНДОРУСЬ. Александр СИГАЧЁВ


   
Научно-художественный исследовательский проект.

  Издание второе. Изменённое и дополненное (в сокращении)

Полная версия - http://www.chitalnya.ru/work/522258/
     

- Об алфавите Деванагари;                                 

- Ведический словарь древней Руси и Бхараты (результаты научного   исследования);
- «Махабхарата» - литературный перевод фрагментов с санскрита;
- Видение «Махабхараты» (драматическая пьеса);
- Песнь Господа – 108 шлок из «Махабхараты» («Гитапанишады») - литературно - поэтический перевод с санскрита.


ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ


Матрёшка (Мать-Русска, Мать Рисши-ки) - cимвол герба древних Ариев. Уменьшенная копия Божества Су-Бхадры древнеарийского храма Джаган-натхи. Су-Бхадра -супруга легендарного, прославленного воина-богатыря Ариев Арджуны. Изотерический смысл  разъёмной матрёшки (Мать-Русска) - символизирует происхождение всего Мирозданья из  триединого Бога – Крышня (Коляды), которые вынимаются из Единого тела Господа, образуя единую Троицу.
Язык ДЕВАНАГАРИ самый древний язык на земле. Шрифт, который используется в санскрите, маратхи, хинди и в ряде других языков, называется "Деванагари" - (санскр. принесенный из Божественного города).

  Дева на горе – Деванагари.
На море на Окияне, на острове Буяне
Лежит бел-горюч камень Алатырь.
На том камне стоит стол престольный,
На столе сидит красна девица,
Швея-мастерица, заря-заряница…
(Древнерусские Веды)

. В золотую пору человечества все люди говорили на одном языке ДЕВАНАГАРИ, который являлся первоначальной слоговой системой письма ИНДОАРИЕВ, трансформировавшейся в санскритский язык.
Сходство санскритского языка со славянским языком  поразительно, особенно с восточнославянскими языками – по основному лексическому фонду, грамматическому строю, роли формантов и множеству других частностей. Момент соединения языка ДЕВАНАГАРИ с праславянским языком  ИНДОАРИЕВ ярко и образно отмечен в древнерусской былине «Волх Всеславьевич», читаем в сокращении:

Как по саду, саду, по зеленому,
Как ходила – гуляла, молода княжна,
Молода княжна Марфа Всеславьевна.
Она с камня, княжна, соскочила,
Соскочила да на змея лютого;
Обвивается да ведь лютый змей
Вокруг чебота сафьяна зеленого,
Да вокруг чулочка шелкового,
А и хоботом змей бьёт да по белу телу!
Втапоры княгиня занеможила,
Занеможила княгиня – дитя родила;
Как по небу засветил, светел месяц,
А во Новогороде родился богатырь,
Что могуч богатырь Волх Всеславьевич,
Задрожала да сыра земля,
Затряслося славное царство Индийское,
А и сине море всколыбалося
Для ради рождения богатырского –
Молода Волха Всеславьевича;
А и рыба пошла в морскую глубину,
А и птицы полетели высоко в небеса,
А и туры да олени за горы пошли,
А и зайцы, лисицы – по чащицам,
А и волки, медведи – по ельникам,
А и соболи, куницы – по островам!..
………………………………………
Как и будет Волху семь лет –
Отдавала его матушка учить грамоте,
А и грамота пошла на пользу;
Посадила его пером писать,
И письмо ему пошло на пользу…
………………………………………
Как научился Волх премудростям,
Стал себе Волх дружину собирать;
Он набрал себе дружину в семь тысяч;
………………………………………
Втапоры Волх он догадлив был:
Он со всею дружиною хоробрую
Что ко славному царству Индийскому
Тут же с ними и во поход пошел!
Как всем молодцам Волх приказ отдает:
«Гой еси вы, дружина хоробрая!
Вы ходите по царству по Индийскому.
……………………………………….
А оставьте вы только по выбору,
Что не много не мало – семь тысяч,
Семь тысяч душечек красных девиц!..»
……………………………………….
А и сам Волх во палаты пошел,
Что во палаты во царские,
Ко тому царю ко индийскому.
……………………………………….
А тут Волх сам царем стал,
Взял он замуж царицу Азвяковну,
Молоду Елену Александровну;
А и та его дружинушка хоробрая
Как на тех девицах переженилася –
А и стали-то они люди посадские.

   Как и русский язык, так и язык ИНДО-АРИЕВ - санскрит, обладают исключительным богатством, гибкостью согласных звуков, как изобразительное средство звукового строения слов, что лишь в малой степени свойственно другим языкам. Инструментовки и звуковое строение санскритской и русской фразы могут существенно отличаться от инструментовки и звукового строения составляющих ее слов, взятых в отдельности. Такие свойства языка создают очень мощное и своеобразное средство художественного выражения, почти не передаваемое в переводе. Это очень важное своеобразие, свойственно как для поэтики русских стихов, так и санскритских поэтических шлок ИНДО-АРИЕВ.
Подобно русской поэтике, в санскритской поэзии большая роль принадлежит внутренним рифмам, ассоциациям и аллитерациям, как средствам художественного выражения. Эти поэтические приёмы использовались и в эпической поэзии широко, тонко и продуманно. Остается только удивляться, какой русской современностью дышит санскритская поэзия. В таких эпических памятниках, как «Сказание о Раме» чеканных по форме и совершенных по языку встречаются всевозможные виды аллитераций, внутренние рифмы. Богатства их кажутся неисчерпаемыми, «Мотив Лакшманы» - на Ш, иногда – на Л, с разнообразной инструментовкой, и различными вариациями аллитераций (этим приёмом широко пользовались русские поэты А.С.Пушкин, В.В.Маяковский, В.Я.Брюсов и другие).
    Донские казаки являются истинными потомками древних Ариев, пришедших в Индию в стародавние времена. Некоторые казачьи былины являются «зародышами» великого эпоса Индо-Ариев – «Махабхараты». Потомки Ариев пришли в Индию из Скифии Великой, с низовий берегов Дона и Волги, через Среднюю Азию в конце второго тысячелетия до н.э.
    Русские былины были созданы не на Севере, а на Юге России, так как все действия былин происходят в чистом поле от Синего моря (Чёрного моря). Былины, несомненно, рассказывали о реальных событиях давнего времени, это подтверждают  детали, которые невозможно выдумать. В былине «Волх Всеславьевич» имя побеждённого индийского царя  Сантал. Санталы – это древнеиндийский неарийский народ, сохранившийся, и по сей день в Бенгали.

В та поры Волх, он догадлив был:
Он со всею дружиною хороброю
Что ко славному царству Индийскому
Тут же с ними во поход пошёл!
Как всем молодцам Волх приказ отдаёт:
«Гой вы дружина хоробрая!
Вы ходите по царству по Индийскому,
...Не оставьте в царстве на семена,
А оставьте вы только по выбору,
Что не много, не мало – семь тысяч,
Семь тысяч душечек красных девиц!..»
А сам он, Волх во палаты пошёл,
Что во те палаты во царские,
Ко тому царю ко индийскому...
... А и тут-то Волх сам царём стал,
Взял он замуж царицу Азвяковну.
Молоду Елену Александровну;
А и та его дружинушка хоробрая,
Как на тех девицах переженилася –
А и стали-то они люди посадские...

      - Индийская тема в русском эпосе не исчерпывается сказанием о Вольге. Так, например, былина о Дюке весьма поучительна и занятна. Дюк Степанович со своею дружиной прибыл в Киев и вступил в спор с князем Владимиром и его дружиной. Он во всём превосходил киевских знатных людей: богатством, доблестью, мужеством, благочестием. В былине описаны владения Дюка в его богатой, благочестивой и счастливой стране. Описания в былине очень напоминали легенду о «Беловодье», уходящей корнями в древнейшую мифологию Ариев. Откуда же взялся Дюк, этот таинственный богатырь?

... Да ехал я из города из Галича,
Из Волынь-земли из богатые,
Да из той Карелы из упрямые,
Да из той Сорочины из широкие,
Да из той Индии богатые...

    В некоторых вариантах былины родиной Дюка является «Индийское царство», которое представлено в них как идеальное общество – богатое, справедливое, правдивое. Былина о Дюке реалистична. Богатырь прибывает на Русь не из какой-то неведомой страны, а из Индии. Дюк – это представитель арийской элиты Индии (тех самых «Солнцерождённых» династий раджпуров и махатмов, ведущих свою родословную от «шакьев» - скифов). Он прибыл в Киев на свою «историческую родину» после длительного разрыва связи с периода «великого переселения народов». Подлинный смысл былины о Дюке (и сказаний об Индийском царстве) заключается в сопоставлении  «новой» киевской знати, её древним началом индоарийской элитой. Благочестие Дюка в былине подчёркивает его древнее дохристианское древнеарийское «Православие».
    Национальная древнерусская народная религия удержалась в Индии. Былина о Дюке, есть настольгия по утраченной арийской светлой солнечной религии, указанием на место, где она сохраняется, и откуда можно будет взять необходимую информацию для её восстановления.
    Пушкину были хорошо известны все древнеарийские сказания, и он в своём творчестве мастерски пользовался этими сокровищами. Пушкин, несомненно, был посвящён в русские Веды и сложные для ума истины Вед поведал простым языком в своих удивительных сказках, написанных в стихах. Так же в стихах были написаны и древнерусские арийские веды, и скифские былины, и ведические гимны древней Индии.  Так историю Рамы и Ситы из «Рамаяны» он полностью воспроизвёл в своей удивительной сказке «Руслан и Людмила»: колдун похищает жену Руслана Людмилу в день её свадьбы. Руслан отыскивает колдуна, сражается с ним, побеждает его и возвращает свою возлюбленную...

Интересно отметить почти полное совпадение древнерусских преданий и преданий  древней Бхараты, а Бог Велес покровитель домашних животных, подобно Богу Кришне изображался со свирелью. Сравнение древнерусских Вед и ведической литературы древней Бхараты дают все основания привести обобщенный краткий ведический словарь имен и терминов в рамках данного научного исследования. Автор ни в коей мере не претендует на исчерпывающую полноту предлагаемого информационного материала: задача изначально была намного скромней - показать закономерную, непреходящую связь ведических знаний древней Руси и древней Бхараты.

    К счастью, на юге России, в низовьях Дона и Волги сохранились более древние эпические сказания, чем на севере Руси. Они восходят к сарматскому и скифскому  периодам, к эпохе до «великого переселения». Долгое время эти сказания были недоступны исследователям. Судя по их «сказам» древнейшая Русь представляла собой степное государство, жители которой преимущественно занимались скотоводством, а также земледелием и градостроительством. Центр древнейшего русского государства находился в низовьях Дона и Волги, где соблюдался ведический принцип самоуправления по образу «Вольного казачьего круга».

А и царство то (русское) на Волге сидит,
А и царство то на Дону лежит,
А оттуда до самого сонечКАЗАКату...

      Даже из небольших уцелевших осколков былин, находится немало подтверждений, что центр древнейшей Руси находился между Нижним Доном и северным Прикаспием. Так в одной из былин, записанной не на Севере, а в Симбирской губернии, говорится о русском Астраханском царстве:

... Из сильного было Астраханского царства.
Жил был тут князь Саур сын Ванидович.
Накопил он силушки себе многое множество,
Накопил он силушки, в поход пошёл,
В поход пошёл на три царства:
Первое царство Латынское,
Под другое царство Литвинское,
Под третье царство Сорочинское...

    Интересно, что у Геродота, в мифе о первопредках скифов указано, что скифы мыслили себя прямыми потомками Верховного Бога (Варуны-Сварога).
     Легенда о первопредках Скифов является классическим «культурным мифом». Колоксай, младший сын Таргитая (первопредка скифов) становится верховным правителем скифов благодаря тому, что принял первые священные дары неба – золотой плуг, ярмо, чашу и меч. Тем самым Колоксай установил «цивилизацию...
    «Что казаки от казаков ведутся, что казачьему роду нет переводу, - было сказано в Лицевой летописной миниатюре «Царственном летописце», - это факт неопровержимый». И в былинах - славный казак Илья Муромец вершил добрые дела, и в песнях казачьих живёт седая старина, да и само слово казак указывает на глубокую древность. Все слова с корнем «каз», так или иначе, связаны с казачеством: приКАЗ, уКАЗ, КАЗна, КАЗанок, КАЗённый, КАЗначей, сКАЗка, доКАЗательство, отКАЗ, заКАЗ, рассКАЗ, поКАЗ и много других слов с корнем «каз». Ясно, что слова эти появились не сегодня и не вчера, от слов этих веет вечностью.
    В летописном Лицевом своде «Царственном летописце», ясно показано, что казаки были Ариями, родина которых Придонье, Приднепровье, низовье Волги, Таврия. Отсюда распространялись Арии по всему свету, и по сей день живут казаки по всему свету своими вольными станицами, бережно храня свои древние традиции, обычаи, культуру. И древнегреческие мифы о битвах с кентаврами яркое тому свидетельство. Кентавров древние греки изображали страшными существами, у которых грудь,  голова и руки – человечьи, а туловище и четыре ноги – конские. При всей чудовищности Кентавров, умеющих метко стрелять из лука, метать копьё и огромные камни, умеющие стремительно бегать, быть неуловимыми и неодолимыми в бою, в них, тем не менее, проглядываются вполне реальные пришельцы с севера в Грецию на лихих конях. Кентавры (конники Таврии) – это Донские казаки на своих быстроногих конях. Грекам, впервые увидившие  всадника на коне, это представлялось невообразимым чудовищем. Конные неуловимые пришельцы с севера на Грецию, метко разивших пеших Греков издали из боевых луков, поражало воображение греков; проживая в гористой местности на многочисленных островах, греки в древности не знали лошадей, и были исполнены ужаса при виде боевых всадников. Сохранились обломки древнегреческой вазы с изображениями боя греков с кентаврами, где кентавры изображены с такими же бородами, с какими обычно изображали греки скифов (хранится в Британском музее в Лондоне).[1] Особенно поражало греков появление на лошадях вооружённых амазонок. Донские казачки были прекрасными наездницами, пользовались равными правами с мужчинами, были столь же ловкими, выносливыми и смелыми в бою, не уступая казакам. Битвы пеших греков с амазонками с большим искусством отображены на древнегреческой вазе середины VI века до Р.Х. (хранятся в Британском музее в Лондоне).[2]
    Амазонки (казачки) верные и преданные жёны и дочери казаков, сопровождали своих мужей и отцов в походах, совершали вместе с ними лихие конные атаки, принимали участие во всех битвах, своих мужей и отцов. Отважно сражались и бесстрашно умирали на поле боя вместе со своими мужчинами казаками. В русской рукописной летописи представлена миниатюра «Царица амазонская, выступает в поход против греков со своими амазонками».[3]  Уцелевшие экземпляры «Царственного Летописца»[4]  сохранились до настоящего времени.
    Древнегреческий поэт Гомер, воспевший в своих бессмертных произведениях «Илиада» и «Одиссея» Троянскую 12-ти летнюю войну, произошедшую за 1200 лет до Р.Х. Троя, город, находившийся в Малой Азии недалеко от Босфора Фракийского. Причиной войны стало похищение сыном троянского царя Париса у одного из греческих царей его жены – прекрасной Елены. В войне приняли участие множество других народов; в числе дружин, принявших участие в этой войне. Гомером была воспета и доблестная дружина Славянского племени – Гнетов (Скифов). Славянами, или Словами называли наши далёкие предки всех говорящих с ними на одном языке, в отличие от немцев (немых), с которыми славяне разговаривать не могли, вследствие разницы языка.
    Славнейшим героем со стороны греков во время Троянской войны являлся царь Ахиллес. Летописец Арриан утверждал, что Ахиллес был скифом, родившимся на побережье Азовского моря. За своенравность и гордость он был изгнан со своей Родины и поселился в Греции. Гомер приписывал Ахиллесу чудесное происхождение от брака царя Пелая с русалкой (русалка сказочный образ на Руси). Признаками скифского происхождения Ахиллеса, - утверждал летописец Арриан, - является то, что он имел русые волосы, голубые глаза и его необычайная ярость в бою. Кроме того, он носил скифский плащ с застёжкой. Таким образом, герой Ахиллес являлся скифом славянского происхождения, с берегов Азовского моря, исконной родины доблестного Донского казачества. Об этом имеются письменные свидетельства греческих писателей, живших примерно за 1000 лет до Р.Х. В «Царственном Летописце» имеется миниатюра, изображающая победоносный въезд Ахиллеса в Трою.[5]
     В древних сказаниях повествуется о необыкновенной доблести скифов, их бесстрашии. Скифские просторы находились в низовьях Днепра и Дона, куда испокон веков собиралась вольница, было древнейшей родиной славного казачества – Донцов и Запорожцев. Победоносные походы скифов около 630-го года до Р.Х. осуществлялись от берегов Днепра и Дона, через Кавказские горы, Армению, Персию и Малую Азию вплоть до Египта.
    Савроматов девушка могла выйти замуж лишь после того, как  она убьет врага. У Греков было поверье, что племя  быстро складывались на повозки, когда хотят избежать боя с противником, и таким образом уходят от него со всеми домочадцами и имуществом. Наоборот, если они хотят кого-нибудь принудить к бою, то никто не сможет уйти от скифов, благодаря их быстроногим коням и необыкновенно меткой стрельбе из луков...» 
    Не следует ждать исчерпывающей теории  истории Донского казачества Ариев, как оригинального, богатырского, былинного народа. Это сочинение не является учебником истории казачества, как такового, ибо такого учебника о самобытном независимом не от какой власти Великого народа  не напишут никогда  и никогда не признают написанного рабы, управляемые рабами. Вольные рыцари никогда не будут       
    Казаки никогда не будут признаны прямыми потомками Ариев в своём отечестве, как и не признаны великие пророки в Отечестве своём. Зато сочинение это любо казакам, впитавшим любовь к истинной свободе с молоком матери - Донской казачки. И вольная песнь тихого Дона от начала века была жива, жива она ныне и пребудет вовек живой. У всякой великой Идее нет начала, - казачество Ариев существовало всегда. Прообраз её отражён во многих эпохах прошлого и живёт, как вечная Идея. В древних литературах то и дело встречаются легенды о мудрых, красивых и сильных духом казаках-Ариях, в рассказах, былинах, преданиях, сказках всех времён и народов. Бои за свободу духа Великого народа свершались всегда, и дух казаков-Ариев действительно обретал неслыханную, невероятную свободу.
    Арийская раса населяла территории от северных склонов Кавказских гор до берегов Дона, Волги и от берегов Азовского и Чёрного морей до моря Каспийского. С древних времён племена славян (любящих славу, доблесть, честь) назывались скифами, сарматами, гетами, готами. Наиболее древнее собственное имя скифов-славян было – Россы, Руссы. Военное сословие жителей Дона, Нижней Волги, Приазовья называли азами, Ас-саками, казаками.
    Арийская цивилизация является изначальной, все остальные цивилизации возникли на её основе. Арийская цивилизация представлена непосредственно в её литературе, тайны которой понятны только тем, кто изучает её, храня чистоту этого знания, следуя традициям преемственности арийцев, действующей на нашей планете до сих пор.
    Система ценностей арийской цивилизации, её история представлены в Ведах, Пуранах, «Махабхарате», «Рамаяне». Согласно сведениям  этих древнейших литературных источниках арийской цивилизации, в мире нет более древней и завершённой идеологии, чем идеология арийцев.
    За столетия иудео-христианства не удалось стереть свидетельств о Ведическом (Арийском) прошлом казачества, ровно, как и всех других народностей нашей Империи. И тюрки, и фарси, иранцы, и русичи, болгары, осетины, ингуши, марийцы, ненцы, десятки других коренных народов нашей страны, помнили, передавали из поколения в поколение, находили в летописях и в раскопках старинных поселений свидетельства тому, что они — прямые потомки Ариев.
    Важнейшим диверсионным актом Рюриковичей было изменение письменности. На смену совершенному праславянскому дохристианскому письму насаждалась письменность от Кириллам и Мефодия. Изменение письменности, а тем более сокращение числа букв — надёжнейший инструмент стирания исторической памяти, примитивизации языка и мировоззрения.
     Идея возрождения Арийской Духовной цивилизации способна стать привлекательной для всего мира. Осознав истинную цель своего бытия на Земле, как "любовное служение Богу и любовь к ближним, возможно воздвигнуть мировоззренческую идею Арийской консолидации.
    Автору данного словаря несколько раз посчастливилось путешествовать по земле древних Ариев, колыбели человечества, прародине моих древних предков (Бхарате Варше). Материалы путевых записок во время моих путешествий  в удивительной, сказочной стране Древней Бхараты, изучение санскрита и хинди позволили составить обобщённый краткий ведический словарь имён и терминов Ариев древней Руси и древней Бхараты.
    Пользуясь случаем, хочется выразить искреннюю благодарность и признательность проводникам моих путешествий по священной земле древних Ариев (Бхарате Варше) – Ананге Дасу и Анандини Девидаси. Без их всемерной помощи и духовной поддержки невозможно было бы осуществить эту мою давнюю мечту – открытие сказочной Индии – страны непревзойдённого эпоса, страны поэтов, песенников и танцоров. Ананга Дас и Анандини Девидаси вдохновили меня, на духовный подвиг, чтобы  прикоснуться к удивительным истокам духовности и великолепия древнеарийской цивилизации.

ДРЕВНЕ-ВЕДИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ ИМЕН И ТЕРМИНОВ
                РУСИ И БХАРАТЫ

А а д ж – сегодня, теперь;
А а д и – первоначальный;
А б х а в а  –  отрицание;
А б х а ш в а р ы  –  Дэвы, или «боги» Света и Звука трёх небесных сфер;
А б х а я – «Бесстрашие», жизнь во исполнение священного долга;
А б х и д х а р м а – раздел, знание;
А б х и м а н – эго, гордыня, гордость;
А б х и р а м – радующий, приятный;
А в а-б о д х а  -  «Матерь Знания».
А в а д х у у т а – осознающий свою духовную природу;
А в а с а р – удобный случай, возможность;
А в а с т х а – состояние ждивы (инд. Души), 1) джаграт (бодрствование),
2) свапна (сновидение), 3) сушупти (глубокий сон без сноведений), 4)
турия (отделена от причинного тела неведением, 5) турьятита (полное
динения атмы и параматмы);  
А в а т а р а – (букв. нисхождение) - воплощение божества на земле;
А в в а л – первый, превосходный, лучший;
А в и д ь я – невежество, неведение, ограниченное сознание или знание;
А г а н – огонь;
А г а с ь я – великий мудрец и подвижник, по просьбе богов выпил море,
чтобы обнажить
дно, на котором прятались демоны. Боги уничтожили их;
А г н и – (Огонь) - Бог огня;
А г н и х о т р а – жертвоприношение Богу огня;
А г ь я н – невежество;
А д ж и в и к а  (средства к существованию, правильный образ жизни) –
одна из традиций шраманов;
А д ж а р и я  -  (санскр. Имени Бога Сварога – Аджа (нерождённый)). Отец всех Богов, единственный в материальном мире имеет такое Имя, ибо не рождён, а произошёл из цветка лилии, выросшего из пупка Господа Вышня. Аджария - республика на Кавказе.
А д ж н а н а (агьяна) – незнание (профан);
А д и-б у д х и – предвечный разум, Мудрость;
А д и т и –  (матерь-богиня, её земной символ – безграничное
пространство), третья, младшая дочь Дакша, седьмого сына Брахмы. У
Адити родилось двенадцать светлых сыновей – Адитьев, среди них были
такие великие Божества, как: Варуна – Бог океана, Индра – Бог  грозы и
грома, Вивасват – Бог Солнца (Сурья) и Великий Вишну, хранитель
мирозданья, владыка пространства;
А д и т ь я – одно из имён Солнца;
    А д х а р – сцена;
А д х а р м а – неправедность, порок, противоположность дхарме;
А д х и к а р и – властелин самого себя;
А д х ь я т м и к а   д у х к а – зло, происходящее от самого себя, вызванное
или пораждённое самим человеком;
А з а в а - (санскр.  та, что выжимает сок сомы, райский напитк). Азовское море — названо в честь мамочки Богини Рада-рани, которую на Руси называли Азовушкой. Азов — город в устье Дона. Азово — два города, в Башкортостане и в Омской области. Азовы — город на реке Малая Обь в Ямало-ненецком автономном округе. Азовская — станица в Краснодарском крае.
А к а л м у р т – бессмертный;
А к а р – нефизический, тонкий;
А к а ш – небо, атмосфера;
А к а ш а – сверхчувственная духовная сущность, наполняющее всё
пространство, в котором заключена вечная мыслеоснова вселенной, из
неё излучается первый логос, или выраженная мысль в виде звука,
«речи»;
А к ч и – очи;
А к ш – глаз;
А к ш ь я – вечный, неистощимый;
А м а н – мир, спокойствие;
А м а н а т – залог;
А м а р – бессмертный;
А м б а – мать;
А м б и к а – Мать Мира;
А м а р а в а т и – город бессмертия (небесная столица Бога Индры);
А л а т ы р ь – к а м е н ь – по древнерусским преданиям, камень Алатырь упал с небес на остров Буян посреди моря – Океяна и на нем были начертаны письмена Бога Сварога. На волшебный камень Алатырь в Балтийском (Алатырском) море садится красная девица – заря-зарянится; Дева на горе молвит на языке Деванагари…
     А н а д и – вечный не имеющий начала;
     А н а л а – одно из имен Бога Агни;
     А н а н г а («бестелесный») – эпитет Бога любви Камы;
     А н а н д а – блаженство;
А н а р т х – беззащитный, сирота;
А н г а д – сильный, устойчивый;
А н г а - аспекты, ступени йоги: яма (воздержание), нияма (обряды), асана
(позы при медитации), пранаяма (управление дыханием), пратьяхара
(отстранённость, непривязанность к окружающему), дхарана
(концентрация), дхьяна (медитация), самадхи (созерцание);
А н с е т – неустойчивый;
А н т ь е ш т и  - обряды прощания с покойником и кремации. Ведические
арии верили, что огонь может доставлять на небо человеческое тело,
подобно тому, как священный огонь переносит жертвы богам во время
жертвоприношений. Таким образом, обряд А. рассматривается как
освобождение от земной оболочки. Обычай сати, обряд сжигания на
погребальном костре жены покойного, на которую возложена вина за
смерть супруга, бытовал в Индии до недавнего времени, местами
случается и по сей день. Если вдове сохраняется жизнь, то не оставляют
символических атрибутов замужней женщины, разбивают её браслеты,
изымают брачный шнур (мангала-сутру), бреют голову, лишают
имущества. Вдова обязана проводить остаток жизни в молитвах,
поломничестве по святым местам. Считают, что встречи с вдовами
неблагоприятны. Некоторое время члены семьи покойного считаются
нечистыми, они не должны обращаться к божествами или общаться с
другими людьми;   
А н у  (атом) - титул Брахмы, который является атомом и одновременно –
беспредельной вселенной;
А н у б х а в – величие, могущество;
А н у п а м – несравненный, бесподобный;
А п м а н – оскорбление;
А п с а р ы – танцовщица в царстве Индры;
А р и и – племена, пришедшие в Бхарат в середине второго тысячелетия
до н.э.;
А р и й  (санскр. Арйа – святой, человек, живущий по законам Бога), отсюда – Русь Арийская – Русь святая. Согласно древнерусским ведам, сын Дажьбога и Живы, прародитель древних славян. Арий происходит от слова «Оратай» - пахарь, благородный;
А р ь я – (благосклонный, благородный хозяин). В литературе Вед означает «житель Арьяварты» (страны ариев, Северной Индии). В противоположность неариям (потомкам аборигенов), оттеснённых или порабощённых арийскими племенами, которые переселились в Индию в конце второго тысячелетия до новой эры. Арьяварта, как территория расселения ведийских ариев в Индии, занимала Великую Северо-Индийскую равнину - от западного моря до восточного моря и от Гималаев на Севере до гор Винхья и Сатпура на юге. В ведийскую эпоху арийские племена не  переходили эту границу. Арьяварта стала центром индийской цивилизации; именно здесь сложились главные верования: индуизм, буддизм, джайнизм. Арья —  называются два города: в Нижегородской и в Екатеринбургской области
А р ь я   С а м а д ж  (букв. «общество ариев», «общество просвящённых») – религиозно-реформаторское общество в индуизме, созданное в Бомбее в 1875 году странствующим монахом Даянандой Сарасвати (1824-1883), провозгласившего непогрешимость и богодуховенность Вед. Главным лозунгом Общества Ариев было «Назад к Ведам!»
А р ь я в а р т а – «страна ариев», или Северная Индия, где брамины-захватчики поселились сперва (полоса между Гималаями и горными хребтами Виндхья, от Восточного до Западного моря);
А р ь я н – цивилизованный последователь ведической культуры, устремлённый к духовному совершенству;
А р м а н – желание;
А р т х а – экономическое процветание;
А р ч а а – в и г р а х а – божества, для поклонения в храмах, выполненные из камня, дерева, металла, красок;
А с а л – суть, сущность;
А с а м и – особые личности;
А с а н а – статическая поза в системе йоги, положение сидя;
А с т и к а – брахман, отшельник;
А с т р о н о м и я  (астрология), джьотиша. В период существования прототндийской цивилизации астрономические знания позволяли определять даты по лунному календарю, лунно-солнечному и солнечному календарям; знали 5-, 12- и 60-летние циклы Юпитера, Были известны планеты и знаки зодиака, для обозначения которых использовалась зооморфная символика. Карта неба составлялась по лунным стоянкам - накшатрам. У древневедиеских ариев астрономия существовала как вспомагательная наука, входившая в число веданг. В настоящее время астрология в Индии остаётся популярной. Каждое действие индуисты совершают по совету или вычислению астрологов (свадьбы, наречение имени, начинание важных дел, путешествий и т.п.); считается, что судьба каждого человека зависит от закономерностей вселенского целого, что нельзя произвольно нарушать порядок и гармонию целостного мира.
А с у р – демон;
А т а л ь – нерушимый;
А т а т м – лучший;
А т м а – душа;
А т м а г а н д – высшее общество;
А т м а р а м а – мудрец, черпающий удовлетворение в самом себе;
А х и л ь я – жена;
А ч а л ь – непоколебимый, стабильный;
А ч а р ь я – гуру, учит своим примером;
А ч ч а – хорошо;
А ш а – надежда, уверенность;
А ш а н т и д х а м – мир беспокойства;
А ш а р и р и – бестелесный;
А ш в – лошадь;
А ш в а м е д х а  –  я г ь я  - жертвоприношение коня, описанное в индийских Ведах;
А ю р в е д а  - буквально, «веда жизни»;
А ш о к – не знающий печали, горя;
А ш р а м – монастырь или хижина отшельника;

Б а б у л – шип;
Б а б у л ь н а т х – Отец, превращающий колючки в цветы;
Б а г и ч а – сад, плантация;
Б а д а л ь н а – измениться;
Б а д р а - бодный
Б а д ж а а н а а – играть, звонить; 
Б а д ш а х – император;
Б а а й а – левый;
Б а к а с у р - лживый, имя дьявола;
Б а л а к – ребёнок;
Б а л а г а н ы (санскр. – войско Бала из свиты Шивы) -  город в Тюменской области, Балаганное – под  Магаданом, Балаганчик - город на Камчатке.
Б а л а  (или панчабалани) – пять способностей, достигаемых в практике йоги: вера, энергия, память, медитация, мудрость;
Б а л а р а м а – то же, что и Баладева - персонаж из Писания «Шримад-Бхагаватам» - старший брат Кришны, сын Рохини;
Б а л р а б о л а – болтливый, хвастун;
Б а л и – царь асур (демонов);
Б а л ь – сила;
Б а п с а м а н: подобен Всевышнему Отцу по качествам и санскарам;
Б а п д а д а  («Бап» - Отец, «Дада» - Дедушка») – Извечный Отец – Всевышний;
Б а н д а н в а з – Милосердный;
Б а н д а – изуродованные, искалеченные
Б а н д а р – обезьяна;
Б а н д ж а р – бесплодная земля;
Б и н д и н – арестованный, заключючённый;
Б а н д х а н – страдания, оковы;
Б а н д х а н м у к т – свободный от оков;
Б а н и й а – купец, торговец;
Б а р а а – большой, старший, главный;
Б а р д о – Т е д о н  («Тибетская книга мёртвых») – книга, рассказывающая о том, как умирает человек, причём, умирание рассматривается, как искусство. Книга имеет целью помочь умирающему человеку пережить необычайные явления в момент смерти и достойно перейти порог между жизнью и смертью;
Б а р х а н а – идти вперед, расти, делать успехи;
Б а а т а а н а – говорить, сообщать;
Б а х у т – очень много;
Б а ч ч е – дети;
Б а ч н а – опасаться, избавляться;
Б г а я с ь – боязнь;
Б е л о в о д ь е – другое имя Ирия - рая. Получило название из-за «молочной» реки (Белой реки), текущей по раю из вымени небесной Коровы Земун. Беловодьем на Руси почитали земли Южного Урала близь горы Иремель (Ирийские горы) и хребет Кумартаг (горы Богов – Кумаров, хранителей четырех сторон света);
Б а р б а р а – Варвар, дикий;
Б а р м а – Слово Всевышнего, Бог, шепчущий молитвы, читающий Веды (сравни: «бормотать»). В русских былинах он – Бермята, либо – Пермята (отсюда название города Пермь). В Индии он – Брахма и Брахманаспати.
Б е р е з а н ь – райская местность, одна из Рипейских гор. На горе Березани растет солнечная берёза «вниз ветвями и вверх кореньями» (книга «Русские Веды»);
Б е л о я р – первый месяц весны по Велесову календарю (он же – первый месяц года) продолжается с 21 марта по 20 апреля, назван по имени Бога Белояра, или Ярилы, Яра, сына Велеса:
1 –3 Белояра (21 – 23 марта) – Красная гора, Освобождение и Воскресение Буса Белояра;
17 – 19 Белояра (6 - 8 апреля) – Зачатие Крышня – Коляды и Денницы;
25 Белояра (14 апреля) – явление Белой Книги Буса и Звездной Книги Коляды и Крышний;
31 Белояра (20 апреля) – Рождество Буса Белояра. В 295 году н.э. в столице Русколани родился Бус Белояр, сын князя Дажина. Народ его почитал новым воплощением Крышня, Коляды и Велеса. И день его рождения на небе загорелась новая звезда (комета Галлея). В наше время - этот праздник отмечают в Пятигорске - древней столице Пятигорья-Русколани: почитающие Буса Белояра собираются у «Эоловой арфы», предлагают ему свои дары;
    Б о г у м и р – прародитель ряда славянских племен, Сын Дажьбога и Мары;
    Б о д х а – б о д х и – мудрость, знание;
    Б о л – болтать, говорить, петь;
    Б р а х м а – Создатель;
    Б р а х м а л о к а  - духовная обитель Брахмы;
    Б р а х м а н – святой;
    Б р а х м а – с у у т р а – то же что и «Веданта – сутра» - философия Вед, изложенная в сжатой форме Вьясодевой;
Б р а т р и – брат;
Братрива - братство
     Б р а х м и н – устами рожденный ребенок Брахмы;
Б р и х а с п а т и – Юпитер;
Б р у в а – бровь;
Б у д д а  (букв. «озарённый», «просветленный». Озарение – есть трансцендентное знание, в котором истинное «Я» обособлено от всего преходящего и конечного. Основатель религиозно - философской системы Буддизма Сидхардха Гаутама. Сказано: «Когда Гаутама пребывал в юношеском сне, предаваясь удовольствиям принца, толчком к его пробуждению послужило то, что он стал свидетелем болезни, старости и смерти. Будда понял, что мирская жизнь, Сансара, трагична в самом её истоке. Он искал и в конце концов нашел силу, которая выше трагической сферы Санскары. Эта сила – состояние сознания – нирвана. Будда принёс весть Освобождения, Бессмертия, ибо нирвана охватывает начало и конец одновременно…»
Б у д х – будить;
     Б у д д х и – разум, интеллект;
Б у д х а – 1) сын бога Луны (Сомы), олицетворение планеты Меркурий, 2) мудрый, разумный;  
Б у л ь - б у л ь  - соловей;
Б у я н – райский остров в Чёрном море, ныне – полуостров Тамань;
Б у р а а – плохой, скверный;
Б у р а п а – старость;
Б х а в – быть, существовать;
Б х а в а – 1) бытие, 2) мир, 3) рождение, 4) одно из имён Шивы;
Б х а в а н – дом, обитель;
Б х а в н а – преданность;
Б х а г а в а д – Г и т а  -  «Песнь Бога», часть поэтического эпоса  «Махабхарата», которая описывает происходящие события перед самым началом битвы на поле Курукшетра. Бхагавад-Гита описана в форме диалога между Кришной и прославленным воином Арджуной и дает полное представление о путях бхакти-йоги для достижения единения со Всевышним Отцом.
Б х а г а в а н – Всемогущий господь, обладающий всеми совершенствами: Красотой, Славой, Силой, Богатством, Знанием, Отрешённостью;
    Б х а г ь я – судьба;
    Б х а д р а – бодрый;
    Б х а й – брат;
    Б х а к т и – путь поклонения;
    Б х а р а т – изначальное, истинное название Индии («бхарат» - просветленный, процветающий, полный);
Б х а р а т – в а с и: житель Индии;
Б х а с к а р а – одно из названий Сурьи, Солнца, означающее «жизнедатель» и «светосоздатель»;
Б х и ш м а – самый старый и могущественный воин на стороне Кауравов в битве на поле Курукшетра, сын Шантану и олицетворённой реки Ганги;
     Б х и л – абориген, местный коренной житель;
     Б х е т а – стабильность;
     Б х о г и – погрязший в чувственных удовольствиях;
     Б х о д ж а н – пища;
     Б х о л а – невинный.
     Б х р а т р и – брат;
     Б х у – быть;
     Б х у р а н ь ю – 1) быстроходный или скорый, 2) метательное оружие;

     В а й д ж а я н т и – «победный» стяг, флаг, знамя;
     В а й к у н т х  - рай;
     В а й р а г ь я – беспристрастность, не привязанность к миру;
В а к у л а  (санскр. хранитель Божественной семьи). Вакула — это одно из многочисленных качеств и Имён Богини Рады (Лады). И уж она то обязательно спросит по украински: "Хотите ісшті"? Но в шутку говорят, что хохол никогда не поверит, пока не пощупает. Поэтому он заглянет в санскритско-русский словарь и увидит, что "істі" — " пожертвование пищей".
В а л и к а – валик;
В а л и н – царь обезьян, сын Индры;
В а л ь м и к и – автор изначального текста «Рамаяны»;
В а м – вам;
В а с – вас;
В а р – варить;
В а р н ы – четыре сословия в ведическом обществе: брахманы (жрецы), кшатрии (воины), вайшьи (торговцы, земледельцы, скотоводы), шудры (люди подневольного труда);
В а р у н а – бог воды или морской бог;
В а р ш а – область, равнина, местность, расположенная между большими горными цепями;
В а р я г и (санскр. банда отщепенцев, которых следует избегать). Рюрек был варягом.
Рюрек и Аскольд стали наёмниками у Иегоунштей. В ранневизантийских летописях сохранились свидетельства о крещении Аскольда и Дира константинопольским патриархом Фотием во время царствования императора Михаила — "фотиево крещение славяноруссов".
Ерек не был призван Новгородским вече, как впоследствии лживо описали нам нашу историю. Он хищнически вторгался на земли других князей, в качестве проводника демонической фарисейской цивилизации.
В а с – вас;
В а с а н т а – весна;
В а ю – 1) воздух (одна из пяти стихий), 2) бог, властитель воздуха;
В е д ы – Откровение или Священное Писание(от корня вед  - ведать, знать или божественное знание). Древнерусские Веды: «Рода», «Крышня», «Индрика», «Китовраса», «Перуна», «Велеса», «Майи», «Даждьбога», «Коляда», «Купалы», «Лады», «Белояра». Древнеиндийские Веды: Ригведа, Самаведа, Яджурведа, Атхарваведа. Наиболее авторитетной принято считать Ригведу. В более широком смысле Веды включают также Упанишады и Веданта – Сутру. Помимо четырёх Вед древней Бхараты есть ещё Пураны, Махабхарата, Самхиты и другие, известные, как пятая Веда, именуемая, как исторические хроники. Веданта – Сутра представляет собой краткие афоризмы из Упанишад, написаны Вьясодевой. Веди — этим Именем Супруги Сварога назван город в южной Армении.
 В е д ь м а  (русское – от славянского слова «ведать»). Ведьм вначале называли «мудрыми женщинами», до поры, когда церковь, следуя закону Моисея, который предавал каждую «ведьму» или колдунью смерти («Лучшая ведьма – мёртвая ведьма»);
В е й ш ь я л а й – порочный мир, бордель; 
В е л е  (санскр. время) - голубой флаг с изображением белой полной Луны и головой волка (Волхва — Хранителя Знаний) берёт начало от династии Йаду, относящейся к иерархии Луны, в которой пять тысяч лет назад в облике ребёнка воплотился Всевышний Господь, получив очередное Имя "Крышень". Его личным оружием в материальном мире является "Хари-чакра", имеющая форму колеса, которое он метает. Это всеуничтожающее Время (на санскрите — "веле"). Олицетворением его является Бог Велес. Миллионы лет Спицами Колеса Времени, т.е. слугами Бога Велеса — олицетворения "Хари-чакры", личного оружия Всевышнего Господа, считали себя армяне, один из древнейших народов планеты. "Ара", в переводе с санскрита — "спица Колеса", "мени" — "метательного снаряда, метательного оружия".
В е л е с – на Руси почитается владыкой лесов, животного мира, богатства, Богом Лунного Света, братом Солнца. Велес по преданиям Вед был рожден Небесной Коровой Зимун от Бога Рода. Велес приплыл в люлечке к берегам Тавриды («тавр» означает – бык, а Велес – Быкович). Здесь Велес сразился с коршуном и спас царевну – лебедь (олицетворение духа Азовского моря) – Азовушку, дочь Сварога и Матери Сва. Велес и Азовушка полюбили друг друга, суграли свадьбу и стали жить на острове Буян. Перед их дворцом растёт волшебный дуб:     
«На том дубе висит цепь златая.
Кот – Баюн  по цепи важно ступает.
Он пойдет на право – песнь напевает,
А на лево – сказочку начинает…» 
«Книга Коляды»
В е ч е – народовластие. Судя по «Велесовой книге» волхвы ратуют за Вечевое демократическое правление, против неограниченной власти князя. Власть князей передавалась по наследству, но ограничивалась Вечем. Ведическая вера освещала и поддерживала Вечевые демократические идеалы. Когда, устанавлявая абсолютную монархию и христианство на Руси, Добрыня с Путятой устроили в Новгороде Великом погромы, летописец Иоаким спас Велесову книгу, собрав Священные дощечки из разрозненных ведических храмов в епископскую библиотеку;
В е л е с о в а   к н и г а: Древнерусская книга Вед  «Веды Велеса», содержит сведения о происхождении Славян. Читаем из Велесовой книги: «Лета 3099 (2591 до н.э.) Славен и Рус, роды своими отлучащася от Ексинопонта (Черное море) и от роды своего и от братии и хожаху по странам Вселенныя, яко кралатии орли перелетаху пустыни многие, ищущие себе места на селение; Дошедша озера некоего великого Моиска зовомого. Тогда Волхование повеле им наследником места того быти. И старейший  князь Славен с родом своим, седее в реце, зовомой «Мутная». Лета  3113  (2578 до н.э.). Великий князь Славен  поставиша град, и именоваша его по имени своем - Славенск, иже ныне зовется - Великий Новгород.  От того времени новопришельцы скифы начаша именоваться Словяня, а брат Словена, Скиф остался у Понта и Меотиса в пустынях обитати, и прозвалась страна та - Скифия Великая». 
В и б х и ш а н а   -  «пугающий», «ужасный» - один из героев древнеиндийского эпоса «Рамаяна», брат Куберы и Раваны, которому Рама поручил управление Ланкой после гибели Раваны;
В и д а й  - до свидания;
В и д м а н (мужск.) – человек великой учёности;
В и д ь м а -  ведьма;
В и д у р а – герой «Махабхараты», сын Вьясадевы, дядя Пандавов, брат слепого царя Дхритараштры и Панду;
В и д ь я – Знание, наука;
В и д ь я л а й а – школа;
В и м а н – летательный аппарат, управляемый мыслью;
В и р а т  Р у п – грандиозный, Вселенский образ Вишну;
     В и р а н и – дочь Брахмы, богиня ночи;
     В и ш е н ь –  Бог, Всевышний;
В ы ш е н ь – славянское имя Бога Вишну (определение Рода, Крышна, Велеса, Коляды, Дажьбога);
В и ш н у – объединённая форма Шри Лакшми и Шри Нараяна. В мифологии Вишну является хранителем Вселенной, тот, кто поддерживает все сущее;
В и ш н у д у т ы – посланники Вишну, которые являются к благочестивым душам в момент оставления ими тела, сопровождая их в духовный мир;
В и ш н у п а д а: Вишну просил у владельца всех трех миров Бали, пожертвовать ему три шага пространства. При согласии Бали, Вишну из карлика превратился в великана и тремя шагами преодолел всю Вселенную; Вишнупада – шаг Вишну.
В о л х – в древнерусских Ведах является Богом войны. Сын Матери Сырой Земли и Индрика – Змея, супруг Лели. Свергнул с престола своего отца Индрика. Стремился покорить все небесное царство, но из-за любви к Лели стал служить Свету;
В р а д ж ь я – враг;
В р а н а – рана;
     В р и т т и – буквально «водоворот», устремление, образ мыслей; вритти (мысли) низшего ума (читты), разделяются согласно Патанджали, на пять групп: 1) пранама (правильные идеи), 2) випарьяя (ложные идеи), 3)викальпа (фантазии), 4) нидра (идеи, приходящие во время сна), 5) смритти (воспоминания);
В ь я к т – физический, телесный;
В ь я с а д е в а:  По древнеиндийским преданиям  - Вьясадева, является составителем  «Вед», «Пуран» и «Веданта – Сутры;
В о л х о в – река, составляющая часть пути «из Варяг в Греки», вытекает из озера Ильмень и впадает в Ладожское озеро.
В я к  - говорить (вякать);

Г а а в а а н а а – терять, губить, растрачивать;
Г а д а н – подарок;
Г а д д и – сидение, трон;
Г а д х а – осел, глупец;
Г а д х о м – ослиная работа;
Г а й д а – гид, проводник;
Г а м а ю н – птица вещая, которая служила Велесу, Крышню, Коляде, Дажьбогу. Она прославляет «Книгу Вед». Имя вещей птицы происходит от слова «гам», что значит «шум». Она же птица Хумай в Сибири и Иране, Гаруда  - в  Индии, Хуан – в Китае.
Г а л и и – переулок;
Г а н г а – название Священной реки Индии, по приданию: низведённая с небес на землю Шивой, по поверьям: её воды очищают от грехов; Ганга – это олицетворенная дочь Химавата (Гималая) и мать Бхишмы, жена Шантану. В восьмой Песне "Шримад Бхагаватам" рассказывается о том, как когда-то Великий Царь Бали, благодаря своему военному искусству победил всех Царей, завоевал все планеты вселенной и по праву владел ими. При этом, он славился особой щедростью к брахманам. Ганга — река в Архангельской области.
Г а н д и в а – оружие (лук) богов, символ молнии и громового удара; Арджуна получил его от своего отца, Бога небес Индры, которое использовал против Кауравов в великой битве на поле Курукшетра (описано в «Махабхарате»);
Г а н д х а р а (благоуханный) – название страны и ее царя; Гандхари – дочь царя Гандхара, жена Дхритараштры (слепого царя династии Кауравов), мать Дурьодханы;
Г а н д х а р в а – небесный певец и музыкант; Сома – месяц, его покровитель;
Г а н е ш а – Божество с головой слона (символ мудрости и учености); сын Господа Шивы и Парвати;
Г а р б х а а т х а а н а-с а м с к а р а – величайшая очистительная церемония, проводимая родителями перед зачатием ребенка;
     Г а р и б – бедный;
     Г а р м – горячий, гневный;
Г а р у д а – исполинская птица Вишну. За образом Гаруды скрыт смысл космологического учения древний арийцев. В «Махабхарате» в «повести о Галаве» раскрываются мудрецу Нараде тайны четырех сторон света: « С востока начинается закономерное движение светил, смена суток и времен года. На востоке находится колесо закона Миропроявления, здесь «врата дня», возле которых Савитар (Спаситель-Солнце) совершает подвиг создания теплоты (тапас), как принципа Миротворящей Энергии. Каждое утро зарево жертвенного костра возгорается на небе и всё в Мире есть Великое Делание Жертвоприношения, поэтому Восточная сторона называется: первой или древней. Здесь в стране рождения Света, Брама пропел Веды, их четыре, по числу сторон света. С Востока исходит Звук-Слово (АУМ), выражающее – Начало всего, Середину и Конец.
На выжженном солнцем Юге находится царство владык мертвых Ямы и Раваны, как символов палящего солнца Юга. На Юге Солнце поворачивает вспять, «выпив бодрящий напиток », так как здесь, в созвездии Рака находится «дом Луны – Сома» - источник напитка богов.
Покидая пределы Юга, Солнце опять «выпускает зиму», то есть направляется к зимним знакам зодиака. На Юге живет и мудрец Капила («красный зной»), который теснит, «рождённых морем», то есть тучи. Гаруда – крылатое Солнце (крылья - это его корона, видная при затмении). Летний «пожирающий» зной выражается голодом Гаруды, который утоляет жажду слоном и черепахой (в повествовании «Махабхараты» слон Айровата перекачивает воду из подземного мира в тучи, а Черепаха, как образ острова в океане и прожорливый зной пожирает не только воду из тучи, но и пожирает также землю). Гаруда пожиратель змей, а образ слона и змеи часто заменяются в Ведах один другим.
Запад называется Гарудой тыловым (если стать лицом на Восток). Для полуострова Индостан, Запад – это страна Океана (Персидский залив), а потому и обитель повелителя вод Варуны, отсюда идут тучи, когда начинаются дожди. Далее Гаруда опять дает астрономические сведения. Здесь на Западе нарождается новый Месяц, как бы выходя из моря после заката Солнца, склоняясь к Западу, он «уподобляется Варуне и пьет влагу моря». С запада поднимаются тучи: гонимые ветром. Они, гремя, проливают дождь на землю, а потому «истощаются в странах»; отсюда выходит Ночь, обнимающая половину горы Меру, вокруг которой вращаются светила (так представляли древние Арийцы Землю). Ночь, как бы уносит половину живущих людей на земле в царство сна: сон уподобляется ежедневной маленькой смерти. Гималайский хребет своим «хвостом» доходит до океана, поэтому Хималая, как чудовище выходит из Закатного моря.
Затмение Солнца всегда бывает при появлении нового Месяца – Сомы, «выходящего из океана», значит отсюда и вылезает чудовище «пожирающее Солнце» и тем производящее затмение. Девушка останавливает всякого, кто направляется на Запад, это препятствие, чинимое морем тому, кто дошел до морского берега. Солнце, переходя из знака в знак по зодиаку, словно движется по звериной тропе.
На Западе Солнце – Вишну завершает свои знаменитых «три шага» (ступая на Восток, Зенит, и Запад) и «завершив путь» Солнце возвращается в свою обитель, вот почему здесь «стан безначального Вишну», покоящегося на змее Шеша в Молочном Море (Вечности). Грозы идут с океана, а потому здесь обитель и Маричи (вспышки молнии).
Гаруда, птица Солнца, крылатое Солнце, заканчивает свой обзор Севером, который слевы, если ориентироваться на Восток, а потому он назван «левой стороной». В Пенджабе к Северу – Гималаи, а потому Север называется также «вознесенной, верхней стороной». Здесь неотлучно ходит «Золотой ковш» (семь звезд Большой Медведицы); горы, восходящие к небу – исконная обитель богов, поэтому здесь обитает «Водитель народов», Нараяна – Джишну. Сказалось и то, что арийцы, возглавляемые вождями (нараяна), пришли в Индию.
Хималая – обитель Гириши-Рудры и его жены «Горы, Земли» - Парвати. Парвати – Земля понимается, как природа вообще (Пракрити), как сила (шакти) своего супруга, Шивы. Так что: Махашвара–Пуруша со своей шакти–Пракрити и Вишну - с женой Майей на Севере в Гималаях, могут быть доступными только для Нары-Нараяны. Это одни и те же образы, но выражены в Вишнуитской символике, а некоторые шлоки «Махабхараты» явились попыткой объединить концепции шиваизма и вишнеизма.
Учение о том, что Дух поддерживает низвергающийся поток Материи, выражено в образах Шивы, поддерживающего низвергающуюся с небес священную реку Гангу, истоки которой находятся в Гималаях.
Сведения о Семи Риши в «Махабхарате» также содержат в себе астрономические понятия о семи звездах созвездия Большой Медведицы.
Знаменитые шаги Вишну на Север можно толковать, как проникновение Солнца (Вишну) на Север, где живут десять апсар «Видьюта-прабха», то есть (происходящие от молнии или – радуги). Апсары – водяницы ясно связаны с водой, их блестящая красота пленяет даже мудрецов. Славянский фольклор называет радугу красой-девицей, что указывает на близость понятий этих образов.
Г а я т р и – (также Савитри), священный стих, обращённый к Солнцу, в «Ригведе», который брамины каждое утро, в полдень и вечером во время своих молитв; 2. Героиня «Шримад-Бхагаватам», пастушка, ставшая женой Брахмы;


[1] А. Д. Нечволодов. Сказание о русской земле. Книга первая., Спб, 2003, с. 27
[2] А. Д. Нечволодов. Сказание о русской земле. Книга первая., Спб, 2003, с. 29
[3] Там же, с. 30
[4] Сохранились более 9700 листов «Царственного Летописца» и более 1600 рисунков, заключающихся в 10 томах. Часть из них храниться в Петербурге – в Императорской Академии наук и в Императорской публичной библиотеке, а другая их часть храниться в Москве – в Императорском Историческом музее им. Александра III и в патриаршей библиотеке при  Московской Синодальной конторе. Эти рисунки  «Царственного Летописца» назывались миниатюрами. Главное назначение миниатюр – это ознакомление потомков с бытом наших далёких предков: их одежды, утварь, строительство, быт, сражения и т.п.
[5]  А. Д. Нечволодов. Сказание о русской земле. Книга первая, Спб, 2003, с. 34

понедельник, 9 января 2012 г.

РАМАЯНЫ РОССЫ. Александр СИГАЧЁВ



             Музыкально-поэтическая драма. 

                              ОТ АВТОРА

    Моё знакомство с древнеиндийским эпосом  «Рамаяна» было сложным, поскольку поэтического перевода этого шедевра древних Ариев на русский язык до сих пор нет. Существующие литературно-художественные переводы «Рамаяны» во многом потеряли свою первозданную красоту и аромат этого духовного поэтического цветка. Моё знакомство с русским поэтическим переводом Рамаяны состоялось во Вриндаване, что находится на севере Индии, недалеко от Гималаев. Это удивительное знакомство состоялось на берегу священной реке Ямуны, благодаря искренним, бескорыстным стараниям Ананги Даса, исключительно ради нашей многолетней дружбе. Я пользуюсь случаем, чтобы выразить ему мои самые искренние благодарения.
    Древнеиндийский эпос «Рамаяна» оказал такое же влияние на мировую культуру, как и гомеровские «Илиада» и «Одиссея». На Западе «Рамаяну» хорошо знают, переводят и ставят на театральных подмостках. В Индии «Рамаяна» входит в школьные программы, как средство нравственного воспитания юношества.
     «Рамаяна» славится своим изящным поэтическим слогом и является древнейшим из известных образцов эпической поэзии.  В основе «Рамаяны» лежит возвышенная любовь мужчины и женщины. Это вечная волнующая тема не только в литературе, но и в человеческой жизни. Интересен тот факт, что поэма А.С. Пушкина «Руслан и Людмила» схожа основной сюжетной канвой с «Рамаяной». Было бы весьма интересно с научной точки зрения установить, каким путём эта тема стала известна поэту до такой степени, что он решился написать свою неувядаемую поэму «Руслан и Людмила»?
     Автором  поэмы «Рамаяна» является поэт Вальмике. Его называют первым поэтом на земле, поскольку описанная им поэма «Рамаяна» была самой первой поэмой. Вальмике был историческим лицом, живым свидетелем деяний Рамы и участником «Рамаяны» и описывал реальные исторические события.
     Предлагаемая вниманию читателей «Рамаяна Россы» вызвана к жизни исторической параллелью нашей действительности, с историей давно минувших дней, преданий старины глубокой, времён «Рамаяны» автора Вальмике. Духовным светильником Сва-Рага является образ древнерусского Бога Сварога. В герое объединены: божественная субстанция (aguna,  санскр.) и его человеческое воплощение (saguna, санскр.). Иными словами, Сва-Раг является воплощение божественного и человеческого начала. Он действует так, как должен действовать человек, поставленный в соответствующее  условие.
   По учению героя Сва-Рага, божество познаётся и постигается не столько знанием, сколько всепоглощающей любовью, при которой человек забывает весь мир и самого себя.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Сва-Раг – сын звезды вечерней (Звезды Любви)
Атисия – возлюбленная Сва-Рага
Иван Большой – рыбак
Алёна – (Дева-Царь-Рыба) – жена Ивана Большого
Намшкал – названный брат Сва-Рага
РАгрива – летающий крылатый конь
Навар – десятиликий демон  с острова  Акнал
Мудрый, Мудрейший, Наимудрейший - три мудреца демона Навара
Птица Сирин
Попугай Рамар
Шьям – юный пастух с волшебной флейтой.
Весна

ПЕСНЬ ПЕРВАЯ. Дитя звезды вечерней.

Между лесом и горою,
Между небом и землёю -
У Калинки у реки
Жили мирно рыбаки.
И в одной семье рыбачьей,
Слёзы радости не прячут:
Сын растёт - Иван Большой
С чистой праведной душой.
Как рыбак Иван был странным:
На рыбалке постоянно
Рыб ловил и отпускал, -
Рыбу-Царь поймать желал…
И шутил над ним народ:
«Рыба-Царь, Иван, плывёт!..»
И случилось диво-чудо:
Рыбу-Царь, почти в три пуда
Изловил Иван Большой;
Как принёс её домой,
Так и ахнул: «Боже мой!.. 
Боже мой! Ах, боже мой, -
Рыба – с золотой косой!..
Вместо чешуи на ней,
Блещут искорки огней!
Рыба-дева – вот дела:
Плавничками обняла
И сказала: «Друг ты мой,
Станем мужем и женой!..»
Что тут думать? Что гадать?
Надо свадебку сыграть:
Говорили, стар и мал:
«Рыбу-Царь Иван поймал!..»
Веселись, честной народ!
Свадьба весело идёт!
Вышла свадьба из села, -
Свадьбе улица мала!..
Что ж Алёна хороша, -
Просто – солнышко-душа!
В сердце – с солнечным приветом,
Вся светилась звёздным светом!..
Птицы в небе щебетали,
Звонко пели свои песни:
«Будут радость и печали,
Будьте рядом, будьте вместе!..»
Солнце ласково глядело,
Сквозь тенистые аллеи,
И влюблённым нежно пело,
И играло на свирели…
Месяц лотосом цветочным
Мрак развеивал сияньем, -
И влюблённых в час полночный,
На любовь благословляя.
Быть женой в рыбачьем доме,
Стало ей предназначеньем,
Став женой его достойной,
Огоньком его вечерним.
Быть так любо было ей
Светлым солнцем для людей…
Он слагал для милой саги,
Он играл ей на свирели;
От напевов его славных,
Даже птицы хором пели:
«Ты грустишь, моя родная,
Мой лесной цветочек дикий,
Утром ветерку внимая,
Ты взгляни на солнца лико.
Так твоё дыханье сладко,
Как цветов благоуханье,
На тебя взгляну украдкой –
Ты очей очарованье!
Так отраден взгляд твой милый,
Как роса для нежных лилий,
Что на лепесточках лилий
В час вечерний на долине!..
Как цветы стремятся к солнцу,
Так стремлюсь я к сердцу милой;
Я стремлюсь к тебе всем сердцем,
Как к голубке сизокрылой!
И моё трепещет сердце,
И поёт тебе в восторге,
И дрожит оно и блещет,
Как на солнце блещут волны!
Пусть улыбкою сияют
Небеса, леса и воды,
И любовью озаряют
Это волшебство природы.
Так проснись скорей, родная,
Сердце так и замирает;
Без тебя не улыбаться
Мне, не петь и не смеяться!..»
Вечер тихий и прекрасный
Краской залил белый свет:
Небеса горят багрянцем, -
Краше зорь картины нет…
Искорка звезды вечерней
В небесах трепещет, тает…
От звезды идёт свеченье
И растёт, к земле слетая…
- Разве мыслимо подумать, –
Рыбаки пошли гуторить, -
Что звезда лучом вечерним –
Сына молодым подарит?..
Так оно, не так ли было:
Все заговорили разом, -
«Блеском со звездой поспорить,
Мог ребёнок ясноглазый…
Пусть на вид он неприглядный,
Но душою он прекрасен –
Сын Звезды Любви отрадной –
Трепетной, далёкой, ясной,
Звёзды строились в парад -
К чести имени - Сва-Раг…
И когда, окрепнув силой,
И окреп сполна душою,
Всё в нём так преобразилось,
Как сады цветут весною…
Если спросите: «Откуда
Эта сказка, это чудо?..»
Лишь одно могу заметить:
- Только небеса ответят…
Что за сказка и откуда
На земле явилось чудо?
Но об этом, обо всём,
Вам поведаем потом…
Небеса горят багрянцем, -
Краше зорь картины нет…
Вечер тихий и прекрасный
Краской залил белый свет…
Вырос он на диво всем –
Был красив, силён и смел!..

ПЕСНЬ ВТОРАЯ.  Прогулка под парусом мечты.

   На сук могучего дуба прилетают и удобно садятся две птицы: одна вслед за другой.  Первой прилетела птица Сирин, вслед за ней попугай Рамар. Попугай просит птицу Сирин рассказать историю о путешествии на парусной ладье за море Сва-Рага со своим братом Намшкалом и со своей возлюбленной Атисией. Птица Сирин обещает рассказать попугаю эту удивительную историю с тем условием, что попугай будет пересказывать эту историю без отсебятины.

ПОПУГАЙ РАМАР (обращается к птице Сирину)
Поведай мне историю, друг Сирин,
О путешествии Сва-Рага и Атисы;
Уверен, что подобной - в целом мире,
Истории влюблённых не услышишь…
СИРИН
Друг попугай, ты долгожитель мудрый;
Поведаю тебе я повесть эту,
Но обещай, что, разнося по свету,
Ты эту весть, смотри не перепутай… 
Сказанье в кратких расскажу словах,
Уму дать радость, скорбь прогнать и страх…
Сдержу волненье,  чтоб потом опять,
Прекрасное сказанье продолжать…
Я от Сва-Рага слышал повесть эту,
А ты её поведай всему свету…
Исполню песни на народном языке,
Чтоб в сердце пробудились песни те.
Кто песни все запишет и прочтёт,
Тот непременно радость обретёт.
Кто в сердце песни сохранит своём,
Тот будет счастлив навсегда потом…
Блажен, кто саги эти все прочтёт,
Поэт Сва-Раг пустяк не создаёт.
Богатством песни хороши лишь те,
Что блага дарят на Руси везде.
Расскажут они сердцу ту причину,
Божественность, питающих личину.
То путешествие влюблённые свершили,
Затем, чтоб люди в мире счастья жили.
Покинув царство, не его вина, -
Его заслуга явственно видна.
Не просто злого Навара убил,
Он истинное благо совершил.
Послушай же: как он и для чего,
Воссел на троне сердца своего.
Перескажи всем людям без прикрас,
Тот беспримерный Сва-Рага рассказ…

ПЕСНЬ ТРЕТЬЯ. Напевы птицы Сирина попугаю Рамару:

   Действие происходит в ладье, плывущей в зарослях чудных, густо растущих белых лилий и золотых кувшинок. В ладье плывут трое: Сва-Раг, Атисия, Намшкал. Сва-Раг сидит у руля, правил ладьёй, Намшкал владеет мастерски парусом, Атисия сорвала несколько лилий и кувшинок, любуется ими, поёт и разговаривает время от времени с Сва-Рагом, обмениваясь с ним взглядами, полными огня. Слова влюблённых Сва-Рага и Атисии полны изысканных значений, подобны пыльце и соку роскошных цветов с чудесным ароматом. Слова их служат прекрасным скоплением добрых дел в сердце, подобно мёду в ульях, собранному роями жужжащих пчёл. Взгляды их наполнены созерцанием, исполненных знания и блаженства любви, подобно тому, как обладают истинным знанием белые лебеди, умеющие пить молоко, отделяющее его от воды.

АТИСИЯ (плетёт венок из цветов, негромко поёт)
Праздник осени на лодке,
Встретила, приплыв издалека,
Этих лилий нет красивей,
Как роскошные шелка…
Как роскошные шелка…

Ветер, песни навевая,
Прилетел с порывом вдруг…
Нам привет с родного края,
Он принёс, как верный друг!
Он принёс, как верный друг!
Обхвати рукой за шею,
Крепче обними меня –
Вырываться не посмею,
Это праздник для меня…
Это праздник для меня…
Праздник наш в лазури неба,
И в кувшинках этих пруд…
И в прохладной этой неге,
В поле, где цветы цветут…
В поле, где цветы цветут…
Праздник, где на поле зреет
Море золотистых хлебов,
Где мой друг, что нет милее
В целом свете, сердца Бог!..
В целом свете, сердца Бог!..
Счастья чуть не потеряла,
В сетях неотложных дел…
Ты мне радость и отрада,
Ты мой светлый, ясный день.
Ты мой светлый, ясный день.
В голосе твоём мой праздник,
Флейтой нежною звучит.
Есть ли в мире выше радость,
Как твой ясный взор, лучист?!
СВА-РАГ (поёт)
Пой, моя странница юная -
Дальних моих путей!
Песня моя несказанная,
Солнце души моей!
Звёзды ли – очи светлые,
Душу волнуют сверканьем?!
Песни ль твои приветные -
Дарят очарованье?!
О, эта встреча внезапная,
Дар наших звёздных ночей!
Песня любви необъятная
Правит душою моей!
Рук твоих прикосновение,
Сердцу хмельное смятение,
Узами песни твоей  
Связан я тайной вестей.
Песня моя несказанная,
Солнце души моей!
Пой, моя странница юная -
Дальних моих путей!..

ПЕСНЬ ЧЕТВЁРТАЯ. Сказы попугая Рамара (речитатив).

   О Сирин, я в твоём сказанье воочию увидел лиц сиянье - Сва-Рага и Атисии влюблённых, их пеньем несказанно очарован… Они подобны, Солнцу и Луне, красою ослепляют очи мне; Какое сердце не придёт в смущенье, увидев их и слыша это пенье?! Их взор изящный - восхищает мир красой, их волосы в кудрях, - живой пчелиный рой, и сами, как цветы с гирляндами цветов и в ожерельях из алмазов-жемчугов. Браслеты блеском дивным пламенеют, улыбки, как заря на небе рдеют… И молния б в их блеске не виднелась, и радуга красы б своей стыдилась… Там, где влюблённые, - пречистою водою наполнят океан они собою; бесстрастия и знаний заполняют берега; Их песня вас задержит, как пчёлку рот цветка…
   Что ж было дальше? - Сирин, не томи, - как с чувствами-то справились они?..

СИРИН
Так слушай дальше со вниманием двойным,
Как без огня, вдруг не возникнет где-то дым,
Так жизнь на свете не возможна без любви,
Любовь, как душу в сердце бережно храни.
Без любимого на свете жарче солнца жжёт печаль,
Кто любимого лишился, даже умереть не жаль…
Без любимого на свете,  всё – тоска и всё нам – боль,
Наслажденья, хуже боли, украшенья, как ярмо…
Тело без души никчемно, без воды - мертва река,
Всё не мило, всё не в радость, коль невеста далека…
Но расскажем по порядку, всё, как было, всё, как есть,
Ах, забыть бы и не вспомнить, эту новость, эту весть…

Плачь, послышался ребёнка, где шептались камыши,
Засмеялись девы громко, но не видно - ни души…
Что за диво, право слово, в деревенской здесь глуши:
Плачь и смех, так слышно громко, но не видно, ни души…
- Плача слышать не могу я, - так сказал друзьям Сва-Раг, -
Мне ребёнка успокоить, было б выше всех наград;
И, на звуки, устремившись, быстро бережком идёт,
Видит: семь девиц склонились, где ребёночек плывёт…
В люльке маленький младенец, то ли плачет, то ль поёт,
И девица в реку входит, намочила весь подол,
А другие-то девицы все смеются, им смешно,
Но по совести признаться, что смеяться так грешно…
И случилось в это ж время близко к парусной ладье
Чудесный конь золотогривый, подошёл попить к воде.
И на солнце, вся сияя, блещет грива золотая,
Конь красив по всем статьям, красотою призывая…
Дивное седло сияет - блеском чудным осеняя,
Кто увидит, сердце тает, радостью переполняясь!
В жемчугах оно, в рубинах, блещет множеством камней,
А уздечка, без сомненья, - знать, заря гнездится в ней!..
Не всегда желанья наши, нам дано осуществить,
И коня, всех в мире краше, как ручного приманить?
Шаг за шагом приближался к чудному коню Намшкал,
Конь манил, манил, играя, дальше в лес, и ускакал…
И к пустой ладье вернулись братья, ох, ни встать, ни лечь, -
Ой, какой позор, -  Атису не сумели уберечь…
- Чтоб ни лечь нам, и не встать нам, - С грустью повторил Намшкал, -
Так бездарно я Атису, глупый, глупый - проморгал…
- Где искать? Куда податься? От Атисы - нет следа…
Вот несчастье, так несчастье! Вот беда, так уж беда!..
Сколько звали, сколь искали, но, поди ж, -  зови, ищи, -
Нет Атисы! Нет Атисы! Нет, как нет - её души!..

ПОПУГАЙ РАМАР (речитатив)

   Друзья, добро другому делать – сего закона выше нет! Терпеть страданья наших ближних -  не знает большей злости свет! Средь леса тяжких заблуждений, нам женщина - всегда весна. Любимая нам дарит радость, без радости мужчина слаб.
   Над лебедем смеются цапли,  и жабы квакают в пруду.  Над чистою беседой люди - насмешки  злобные прядут. Поэта сердце, словно море безбрежное - одной любви; не счесть жемчужин, своим блеском - с алмазом равные они.
   Пусть песни, что в сердцах родятся, своей пленяют красотой, как Солнца утренней порою, нас луч пленяет золотой!..
   Вам не наскучат наши песни; эй, музыкант струн не жалей… Пусть будут песни будут всё чудесней, в станице белых лебедей…
  
ПЕСНЬ ПЯТАЯ. Атиса в плену у демона Навара

   В садах десятиликого демона Навара росли дивные цветущие плодовые деревья. Царские дворцы и пышные сады были обнесены высокими каменными стенами крепости. Обитатели мрачных пещер острова Акнал с нескрываемой завистью смотрели на сверкающие дворцы демона Навара, которые значительно возвышались над крепостными стенами. Чудные деревья разных видов росли в саду  демона Навара; они всегда были цветущими и с дивными плодами. Стены дворцов были изукрашены россыпями блистающих драгоценных камней и были защищены неприступными крепостными стенами, которые омывались двумя реками. Демон ещё не являл себя Атисе, чтобы не напугать её насмерть своим ужасным десятиликим обличием.
   Под окошком Атисы появляется Шьям, играет на своей волшебной флейте, которая поёт, выговаривая слова, понятные лишь только тем, к кому они обращены.

ШЬЯМ (Флейта удивительным образом поёт-играет, выговаривая слова сладкозвучные, как мёд.)
Атиса по саду гуляла –
По чудному саду Навара,
Где плещут фонтаны в аллее, -
Весь день там Атиса гуляла...
В пруду – лебединая свадьба,
Средь лотосов белых и лилий,
Там, в зарослях, нежно цветущих –
Пастух притаился влюблённый...
Однажды Атиса, приметив
Флейтиста средь зарослей этих,
И строго Атиса спросила:
Откуда ты родом и кто ты?..
И ей пастушок отвечает:
- Кто любит, забыл всё на свете,
И только лишь флейта ответит,
Как я без любви погибаю...
Свидетели – лебеди эти,
Цветы, яркопёрые птицы, -
Не будет мне жизни на свете
Без ласковых песен Атисы...

АТИСА (Обращается к юному флейтисту через раскрытое окошко, высокого дворца.)
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Сумеешь узреть от земли ты мой лик настоящий?!
Ведь ты ненаветчик и не песнопевец лукавый,
Ах, я здесь страдаю в своих униженьях бесславно…
Ты, верно, сумеешь увидеть души моей путь величавый,
Я знаю, заметишь ты взгляд мой свободно летящий;
Черты у нас общие есть, что навек породнить нас должны, -
Ответь мне, как другу, о друг голубой вышины!..
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Минувшей той встречи припомнил ли миг настоящий?!
Когда я младенцем в миру появилась сначала,
Когда меня Солнце моё на коленях в ту пору качало…
Цветущая радуга в небе навстречу струилась, бывало,
Нам запах дарила, ты помнишь, тот запах манящий?!
И мы, веселясь, по беспечного чувства ручью,
Пускали простую, счастливую песню свою…
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Забудешь ли ты, что стою пред тобою молящей?!
Чиста я душою, не ведаю славы и мыслей неправых,
И ночи и дни проводить не желаю в беспечных забавах;
Я дочерью Неба была, возлюбленных звёзд златоглавых,
И здесь ли ленивицей быть суждено мне пропащей?!
Ведь песни, звучащие в жилах весенней земли,
Уносят покой, чтобы годы здесь зря не прошли…
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Всего я лишилась, мой голос в разлуке скорбящий:
И реки тоскуют, бегущие вдаль торопливо,
И тучи тоскуют, порою осенней дождливой…
Ждёт встречи со мною Сва-Раг, мой дружок терпеливый.
Ах, с каждой минутой, грущу и грущу я всё чаще…
Неужто, когда-то, при мысли, что прежнего нет,
Поток слёз не хлынет ушедшему милому вслед…
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Неужто, меня не спасёт голос флейты твоей говорящей?!
Ведь дни ликованья обходят меня стороною,
Полна ещё слишком весёлою силой земною,
Пропой же последнюю песню надежды сегодня со мною,
О друг мой прекрасный, о друг, пастушок мой молчащий!..
Взгляни на меня, ощути, что душа в нас одна,
Пред вечной разлукой, которая предрешена…
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Неужто, не узнана буду тобой, к переправе спешащей?!
Для берега нового я снарядилась задолго заранее,
Куда перевозят паромами воспоминаний;
Ах, не расплескать бы нектара последних желаний, -
Нектар несравненный – напев веселящий…
Ничем я не стану, но лишь песнопеньям я друг,
Пусть вечная ночь свой покой простирает вокруг…
Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Играй-пой на флейте для сердца напев твой горящий, -
В безвестность уйти без личины имею я право,
Пускай разобьёт свой венец ослепительный слава;
Я сбросить хочу груз моей повседневности ржавой, -
Я сбросить хочу, этот панцирь неволи теснящий,
Веди, о флейтист, вдаль, по пыли незримой дороги, маня,
Так, чтоб помогла эта флейта во встрече с любимым меня. 

Послушай, послушай, о юный флейтист этой чащи!
Когда я уйду, мир не станет ни горше, ни слаще, -
Для мира осыплюсь цветком в предвечернюю пору,
Погасну звездою, что днём не является взору,
Умчусь ветерком, подчиняясь судьбы приговору,
Из этого сада, из рощицы этой шумящей,
В мерцающем золоте сумерек звёздных солью,
Чистейшую, светлую, яркую душу мою.

ШЬЯМ (Подходит ближе к окну играет-поёт на своей волшебной флейте.)
Я с тобой в разладе в даре жарком, -
В том запястье – был тебе подарком…
У него названья нет, нет меры –
Жемчуга сокровищниц Куберы…
Дар Сва-Рага тот неоценимый -
Ты в безделку просто превратила…
Дар достойно принимать – уменье,
Ты понять, способна смысл даренья?
Ведаешь ли, как тот тар жемчужный, -
Я пронёс сюда с трудом натужным?!
Жемчуг тот из сердца был, быть может, -
Из души Сва-Рага был отторжен…

Ни к чему дарителю отдарок,
Коль любимой не любим подарок…
Спелый плод, упав, не возвратится,
Но душа паденьем тяготится…
Жемчуг сердца вам ли не добыча,
Для чего отвергли Вы обычай?!
Ветру, отдавая песню, птица,
Разве отдаёт её с оглядкой?!
Для чего отвергли Вы, Атисия,
Тот подарок, что я нёс с оглядкой?
Хорошо ль свирель моя играет?
Лишь влюблённый песню понимает…
От Сва-Рага Вам принёс запястье,
В нём своё тебе он дарит счастье…
Через это тайное даренье,
С ним иметь ты будешь сообщенье:
Обо всём тебе оно расскажет,
И к свободе путь тебе укажет…
Мне не отвечай теперь ни слова,
Скоро, скоро встретимся мы снова…
Лишь когда ты знаньем овладеешь, -
Молча говорить со мной сумеешь;
Я спешу к Сва-Рагу с доброй вестью,
Что жива, верна ему невеста…

ПОПУГАЙ РАМАР
Пой, свирель, мотивом чудным песни,
Ты играй, свирельщик, неустанно;
Дальше будет песня интересней,
О желанной встрече долгожданной…
Пусть поёт-играет нам опять,
Мы тем песням станем подпевать…

 ПЕСНЬ ШЕСТАЯ.  Долгожданная весна.

   Во всём и всюду царят приметы весна: первых цветов свежесть и благоухание, роёв пчёл-работниц жужжанье, птиц весёлое щебетанье…
   У высокого  окошка сидит Атиса, полна грусти, вся в ожидании вестей от Сва-Рага.
   Мимо окошка Атисы проходит стража демона Навара. Атиса скрывается от их взоров за занавеской окна.

ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (Обращается ко второму стражнику.)
Вот и весна, царит в саду цветенье,
И певчих птиц немолкнувшее пенье,
Но сердцем чую – в мире не без Бога,
Не потому ль нам грешникам тревожно?
ВТОРОЙ СТРАЖНИК
Молчи, молчи… Здесь даже стены слышат,
Пусть обезьян проблемы лишь колышут…
У нас надёжно, демон наш, - что надо,
Неодолима крепости преграда.
Хозяин наш сломает дух Атисы,
А нам – не видеть это и не слышать…
Нам платят, - будет шито-крыто,
Оружие – нам лучшая молитва…
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
Навар, наш демон, под окно приходит,
С Атисой речи, не шутя, заводит:
И всячески её он убеждает,
И унижаясь, долго умоляет;
Посылами и лестью сатаны,
Выискивая слабой стороны*…

* Все известные средства в Арийской науке о политике: посулы (dama, - санскр.), лесть (saama), запугивание (bhaya), поиск слабой стороны противника (bheda), внесение сомнений, - примечание автора.

ВТОРОЙ СТРАЖНИК
Она сквозь занавеску отвечала,
Лица ему в окно не показала;
И говорила так ему на это,
Как подобает истому поэту:
«Послушай, демон десятиголовый,
Я знаю погубить меня готовый,
Но разве может свет от светляка,
Заставить распуститься, хоть слегка
Прекрасный лотос?.. Склонен ты ко злу,
Но знай, получишь за меня стрелу…
Обманом подлым, затащил сюда,
Где совести нет, чести и стыда…
И до того ты гадок, подл и низок,
Но знай, - конец твой, демон, очень близок!..»
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
И он поклялся, что решил теперь,
Ей голову отсечь…
ВТОРОЙ СТРАЖНИК
И отсечёт, поверь…
Рискует головою ведь она,
Как будто ждёт в помощники слона…
Мы только ведь уверены с тобой,
И муравью нет хода под стеной,
А стены, столь толсты и высоки,
А есть ли где такие вот клинки?!
(Вытаскивает из ножен клинок, любуется им…)
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК
Да, остаётся ей одно пока,
Послушать только флейту пастушка…
(Стражники, оглядев всё вокруг, удаляются).
АТИСА (Открывает занавеску окна.)
Уж, если нет друга, здесь рядом со мной,
Мне б встретиться только, хотя бы с весной…
Появляется Весна.
ВЕСНА (поёт)
Зовём мы Атису, чтоб с нами играть,
Волшебные можем слова мы шептать.
И пусть, даже будешь во тьме ты стоять,
Светильник весны тебе будет сиять!
Мы новые песни с собою несём,
В лесах и в полях мы привольно живём;
Зима, не упрячешь весны красоту,
Под старым тряпьём, не упрячешь фату…
Появляется свирельщик Шьям.

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ (Играет на флейте. Флейта – поёт, выговаривая слова, понятные лишь Атисе).
О, сердце слышит, - весна близка,
Так долго, долго я ждал пока,
В ладонях сложенных цветка, -
Раскроется моя лиана…
И вот пришёл я посмотреть,
Как, соком наливаясь, ветвь,
Шептала Солнышку: ответь,
Ответь, своей лиане…
Пусть дней и ночей бесконечный поток,
Омоет Светило в положенный срок,
Польётся потоком божественный сок -
В ветвях, зеленеющей жилы…
И, странствуя, ветер до всех и всего
Доносит весны торжество-волшебство,
Как друга лиана приемлет его,
Сдержать больше трепет не в силах…
В божественном ритме, вблизи и вдали,
Впитав благовоний нектарных земли,
Зелёная флейта звенит нам: «Внемли, -
О звоны, сладчайшие звоны!..
И вот зацвела она с первым лучом,
Цветку каждый цвет был волшебным письмом,
Восторги весны принимаю я в дом,
И нет многоцветью препонов!..
О вечная нежность, где царствуешь ты?
В побегах ветвистых твои все черты,
В благоуханных лианах цветы
Сокрыты заветною тайной…
Не звали меня, я сама прибрела,
У дома ликую, светла, весела,
В глаза загляну к вам: звала – не звала, -
Пришла я весною медвяной.
АТИСА (поёт)
Скажи, скажи, о флейта золотая,
Живой ли мой любимый? Он здоров?
Хоть изредка меня он вспоминает?
О жребий мой, как ты ко мне суров…
СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ
Покойна будь, он жив, здоров, твой милый,
И собирает боевую рать;
Тебя отсюда извлечёт он силой,
С тебя довольно плакать и страдать…
Ещё, Атиса, для тебя просил он,
Колечко золотое передать…
(Словно нечаянно, осторожно роняет колечко.)
АТИСА (с невыразимой радостью)
Ах, это всё напоминает сон, -
Его колечко, так легко узнать…
Грозит мне смертью демон злой Навар,
Десятиликий страшен, как кошмар:
Мужские пять голов и женских – тоже пять,
На них без слёз не остановишь взгляд.
Пять женских чувств в нём, столько же мужских,
И каждая – ужаснее других…
Ничем Навару чувства не унять,
Их буйства ни насытить, ни понять,
Душа его, как в адовом огне,
Желает навязать все чувства мне…
Ах, Боже, Боже, где мне силы взять,
Чтоб против адской силы той стоять?!
Одной надеждой теплюсь только я,
Что мой любимый выручит меня!
Но сколько мне освобожденья ждать?
Как долго мне терпеть здесь и страдать?!
Скажи своей свирелью золотой,
Скажи, скажи, играй скорей и пой!..
СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ (Играет-поёт-говорит, музыкальный речитатив.)
Сказал Сва-Раг:  «Атиса, я с тобой,
В разлуке тягостной, охваченный тоской;
И почки древа моего, все, как огонь,
Сама почувствуешь, лучом лишь Солнца тронь…
Всё, что было милым раньше, мне приносит муки,
Даже ветерка дыханье, как шипенье змей в разлуке…
Только Шьяму, только другу я сумел то передать,
Чтоб тебе сказать об этом, всё свирельщик должен знать!
Любви взаимной наша тайна сокровенна навсегда,
Чистая душа лишь знает, где счастливая звезда…
Душа всегда и неизменно, милая, с тобой всегда;
И радоваться будем вместе и вместе будем мы страдать…
Храни, Атиса, стойкость в сердце, осталось мне немного дней,
Пришлю РАгрива на разведку и двинусь с армией моей!..
Я со своею ратью смелой, с любовью верною моей,
Всё одолею, преуспею, жди добрых, милая, вестей!..»
АТИСА (речитатив)
Благодарю, свирельщик милый! Так рада слышать я слова!
В них тожество, в них мощь и сила; его любовь всегда нова!
Я шлю ему благословенья, и повторяю вновь и вновь:
Мои молитвы, вдохновенья, мои и слёзы и любовь!     

СВИРЕЛЬЩИК ШЬЯМ
На деревах души, Атисы, увидел дивные плоды,
Свирель Сва-Рагу перескажет, всё то, что мне сказала ты.
Свирельщик Шьям уходит.   Продолжение следует.
СЦЕНА ПЯТАЯ. Крылатый конь - РАгрива
В чудесном саду демона Навара, на цветущем дереве перед самым окном Атисы расположился попугай Рамар. Он приветствует утро радости до появления Шьяма.
ПОПУГАЙ РАМАР (декламация)
В танце звёзд все ритмы первозданны,
Гармоничны телу с гибким станом.
Знать, радуга вся воплотилась в ней
В период летних ливневых дождей…
В чертах лица, шарм кисти рисовальной,
Атисы смех, что голос музыкальный,
А шеи белизна и белизна руки
Поспорят с лилией, раскрывшейся слегка.
В блистанье глаз – свободы воплощенье,
Один лишь взгляд – дарит освобожденье.
В походке лёгкой – о любви напевы…
«Радости утра» - имя славной девы.
Появляется обладатель волшебной флейты Шьям, исполняет гимн утренней зари.
ФЛЕЙТИСТ ШЬЯМ (Играет-поёт на волшебной флейте.)
Над гущей тьмы, где воцарялся сон,
Восходит Солнце – сад весь пробуждён,
И щебет птиц пока ещё не звонок,
Лишь только проба голосов спросонок;
Весь сад наполнен изумлённым созерцаньем,
Каким-то смутным, тайным ожиданьем,
Предвестием неведомых чудес
Наполнен сад и загородный лес…
Предчувствуя глубокий смысл восхода,
Атиса полнится бесстрашьем и свободой…
Самой себе становится открытьем,
Душа стремится к утренней молитве…
Обрывки мыслей строятся в напевы,
И радость наполняет сердце девы.
Благословляя жизни ликованье,
Её душа цветёт в благоуханье.
Знать, новый день ей раскуёт сознанье,
Спадут оковы сна и ожиданья…
Она, как гимн, как славословье  свету,
На зависть вдохновению поэта;
То Солнцу гимн, то гимн любви заветной,
Мне б «Зорькой  Утренней» назвать ты деву эту!..
   Раскрывается окно, появляется Атиса, светла и нежна, как сама душа.
АТИСА (музыкальный речитатив)
Мой милый свирельщик,
Ты знал бы, как рада,
Твоим песнопеньям,
Мне это награда!
Сравнить с чем не знаю
Твоё песнопенье,
И нежные звуки
Чудесной свирели…
Ах, если б ты знал,
Как ждала твоей вести,
Скорей расскажи
О любимом невесте…
Ах, всё в песнях флейты
Свежо так и ново,
Я тысячу лет
Её слушать готова…
(Вдохновенно поёт)
Милый друг, нежный друг,
Сколько счастья вокруг!
Не ленись, лишь бери,
Как уздечку зари!..
Видишь: Солнце встаёт?!
Слышишь: птаха поёт!
Миг счастливый лови, -
Это счастье любви!..
На заре золотой
Я встречаюсь с мечтой,
Об одной лишь любви, -
Нам поют соловьи!..
ФЛЕЙТИСТ ШЬЯМ
Смотри, Атиса, в сад цветущий,
Всё что увидишь, - запоминай,
Здесь конь крылатый, огонь несущий,
Себя проявит, - друзей встречай!..
Что не увидишь, в делах РАгривы,
Расскажет флейта моя сейчас,
Смотри, Атиса, на пламя гривы, -
Я начинаю свой рассказ!..
    Через высокие крепостные стены перелетает крылатый конь, РАгрива. От его гривы исходит такое яркое сияние, словно возгорается вторая заря, ярче утренней зари…
Смотри, Атиса, весьма усердно
Навара охраняют сад…
Но конь крылатый, легко и смело
В нём сокрушает всё подряд…
В саду натешился РАгрива,
Нагнал на всю охрану страх…
Ломал деревья он игриво,
Строенья превращая в прах…
Большая  гвардия Навара, -
Числа и сметы страже нет;
Сбежала от коня с позором,
И был не мил им  белый свет…
И спрятаться был всякий рад -
Кто не убит был – все вопят…
Смотри, Атиса, вот финал,
Достойный славы и похвал:
РАгрива залетел с разбега
На крышу царского дворца,
И запылал дворец Навара,
И нет там панике конца…
Кричат: «Кто нас спасёт от смерти?
Её уже нам виден лик!
На том нам и на этом свете
Спасенья нет, лишь стон и крик!..
Столица, как костёр пылает,
Без головы страна живёт!..
Мы погибаем, погибаем!
Не спасся ни один живот!..»
РАгрива с лёгкостью обратно
Переметнул через стену,
Вернулся в стан любимых братьев,
К себе, в родную сторону…
Была в том, лишь одна досада:
РАгрива хвост свой опалил,…
Зато была ему наградой, -
Народ его боготворил…
Как будто новое рожденье
Отныне он приобретал,
К победе новой вдохновеньем
Своим он братьев призывал…
Сва-Раг, РАгривой вдохновлённый,
В поход решился выступать,
Успехом друга окрылённый,
Стал рать для битвы собирать!
Ура, друзья!.. Неплохо для начала.
Хвала, хвала, РАгрива величавый!..
И декорацию заглавную спалил он,
И занавес весь разодрал на части!..
Десятилицему позор, разор, несчастье;
И на земле восторжествует счастье!..
ПОПУГАЙ РАМАР
Прибавилось у демона «цветочков»,
Теперь ему уже не до Атисы,
Пора, пора плоды собрать нам срочно:
Срубить все головы у главного артиста…
Дружней споём друзья Свободы песню!
Споёмте, взявшись за руки, друзья!
Жизнь с доброй песней станет интересней,
Без песен - победить врага нельзя!..
ХОР
Настежь храм растворён!
Звоном полнится храм –
Солнцу рады лучам!
Рады вольным ветрам!
Рады громам небес!
Рады зовам дорог!
Лейся, мощный поток, -
С нами Бог! С нами Бог!..
Грудь откроем мирам:
Миру мир, бой дворцам!..
Богатство наше в зарнице,
Богатство наше нетленно,
И денно и нощно искрится,
Блистает и нощно и денно!
Оно возникает мгновенно
И не исчезает бесследно,
В сердцах это наше богатство!
Свобода, любовь, вера, братство!
Богатство наше в зарнице,
Что в сердце от искры родится!..

ПЕСНЬ СЕДЬМАЯ.  Страсти мудрецов.

    К демону Навару явились три мудреца (Мудрый, Мудрейший, Наимудрейший). Они по-очереди, один за другим, подходили к трону десятиликого Навара, провозглашая демону мудрые советы. Выслушав советы одного из них, Навар страшно возмущался, приказывал бить кнутами, затем слушал следующего мудреца.

МУДРЫЙ (льстивым голосом)
О светлейший, в самом деле,
Мне смолчать никак невмочь:
Страх мы не преодолели,
Неспокойны от тревог.
Конь Рагрива, вор, разбойник
Полстолицы нашей сжёг…
НАВАР (Разгневанным голосом.)
Запрещаю всем об этом
В нашем царстве говорит,
Паникёров всех со света
Прикажу сейчас изжить…
Это буря разыгралась,
Страшная была гроза,
Много в целости осталось, -
Было так, как я сказал!
МУДРЫЙ
О Светлейший, в самом деле,
Был грозой спалён дворец;
И спастись нам еле-еле,
Удалось всё ж, наконец…
Но народец в нашем царстве
Сам ты знаешь, ой, какой!
Норовят из государства
Избежать, - текут рекой…
НАВАР (Топает истерично ногами.)
Запрещаю, запрещаю,
Запрещаю говорить!
Паникёров, паникёров
Разом всех изжить, изжить!..
Если буря разыгралась,
Если вспыхнула гроза,
Почему у нас все разом
Труса праздновать грозят…
МУДРЫЙ
О Светлейший, в самом деле,
Это вспыхнула гроза,
И бежать, совсем не дело,
Лишь куда глядят глаза…
Воеводы все в волненье,
Вещи стали собирать,
И, возможно, они тоже,
Все желают удирать…
НАВАР (Вне себя от ярости)
Запрещаю, запрещаю,
Запрещаю удирать!
Паникёров разом, разом,
Как заразу убивать!..
Это что ж за наважденье,
Что за хамство для царя!
Всем кнута поддать с соленьем!
К пяткам приложить огня…
МУДРЫЙ
О Светлейший, в самом деле,
Всем – погорячей огня!
Ведь не шуточное дело –
Бросить одного царя…
Но молва идёт по царству:
«Надо как-то, как-нибудь,
Нам Атису взять, - Сва-Рагу,
Ненароком возвернуть…
НАВАР (Вскочил, бешено вращая очами, прохрипел, как раскаты грома.)
Запрещаю, эти мненья,
Чтоб Атису возвращать;
Прикажу всех на деревьях
Рас-пи-нать, пинать, пинать!..
Прикажу и все их семьи -
На деревьях распинать!
Запрещаю, эти мненья,
Чтоб Атису возвращать!..
Здесь, мудрец, стоять на месте,
Прикажу тебе штук двести
Всыпать жареных ремней,
Будешь ты вперёд умней…
К Навару подходит следующий мудрец, - мудрейший. Падает ему в ноги. Навар, знаком приказывает ему стать и давать советы.
МУДРЕЙШИЙ
Ой, велик, Навар, велик!..
Слышал я тревожный крик:
Скоро конь сюда прибудет,
Что спалил всё царство вмиг!
   
НАВАР
(Громко, истерично долго смеётся… Речитатив.)
Пусть покажет этот пёс
В царстве свой поганый нос!..
Гром ему такой сыграю, -
Без хвоста его оставлю,
Ноги выломлю коню,
И в грязи его сгною…
Рода человечьего
Я губитель вечный;
Пять мужских голов имею,
Женских пять – держу на шее…
Чувств у человека пять,
Я на них мастак играть…
Человек изловлен мной,
Тонет в чувствах с головой…
(Поёт страшным голосом.)
Я – адово отродье,
Мой Бог – чревоугодье,
Живого места нету
От ран – к дыре дыра…
Люблю я сквернословить,
Пырнуть, убить и молвить
Словечко для начальства:
Да здравствует! Ура!..
В награду - ада мало,
Пройдоха я бывалый;
Мне гром сыграть всем людям,
Пора, давно пора!
Сварю погуще кашу:
Пускай рабы попашут;
Пуская они попляшут
На угольках… Ура!..
(Говорит назидательно.)
Кто со мной тягаться сможет?
Кто мне душу потревожит?
У меня двадцать ушей,
Двадцать глаз и десять шей!..
У них у каждого – по носу одному,
И тот у них с ушами оторву!
Подумай сам: как мог паршивый конь
Дворец мне сжечь?! Приди, кто только, тронь!..
Что ни глава моя, то царственный цветок!
А шеи, словно лотосов пучок!
Я горд, я смел, я доблестен в бою,
Люблю дворец и родину свою!..
Что конь? Ведь это жалкая скотина,
Служить мне отказалась, господину;
Повсюду скачет, тешит свой народ,
Надеется, что слава вознесёт
Его, ничтожного - до самых до небес.
Народ в голодный час, его же и заест.
Я доблестен, отважен и умён,
И болтовнёй глупцов не оглушён.
МУДРЕЙШИЙ
Повсюду ходят сплетни – там и здесь,
Сто ты отца родного можешь съесть;
Что мать родная у тебя – подстилка,
Невестам глаз выкалываешь вилкой…
И рты ничем им, подлым не закрыть,
И ропот их - ничем не укротить…
НАВАР
Да что отец и мать, в родне все мне враги,
Коль голоден, всю съем родню, как пироги…
Ты, вижу: слишком много наслышан обо мне,
Так первого тебя, мудрейший к ночи съем…
(Смеётся, душу леденящим голосом.)
Так вот послушай мой рассказ:
Врагов не просто ем, но прежде всякий раз -
Намучаю себе на радость, на забаву,
И крови напиваюсь – до отвала…
Ты что дрожишь, мудрейший, ты профан,
Коль о своей кончине не узнал…
А дрожь твоя, мне только в умиленье,
Иди на пыточный станок для наслаждений…
(Страшно смеётся… Мудрейшего советника палачи уводят, взяв его под руки. Появляется Наимудрейший советник.)

ПЕСНЬ ВОСЬМАЯ.  Погибель демона Навара

ПОПУГАЙ РАМАР
До слуха демона Навара доносятся возгласа за крепостной страшный шум и боевые возгласы за стеной. Слышится бой барабанов и рёв боевых труб.
Говорят: мы озверели!
Говорят: С ума сошли!..
Долго демона терпели,
Выносили, сколь могли…
Хватит! Вволю натерпелись
От Навара-Сатаны!
Обезьяны и медведи –
Жители лесной страны!..
Нищету и униженье,
Зло, предательство, обман;
Закипело возмущенье:
Сгинь, ничтожество, тиран!..
Лучше всем нам здесь погибнуть,
С этой мерзостью в бою…
Только бы Навару сгинуть,
Смерть позорная ему!
Смерть! Позор ему, тирану!
Смерть Навару и позор!
Мы сподвижники Сва-Рагу
Станем дружно с этих пор!
НАВАР
- Что за шум, - скажи на милость, -
Что за вопли за стеной?
Отвечай, Наимудрейший,
Не рискуя головой!
Правду всю, как на ладони,
Как мудрец мне покажи…
Обезьяны ль недовольны?
Кто их нынче всполошил?
Или бедствия грозою
Им на головы легли?
Или недовольны мною,
Или мало им земли?
Мало ли у нас богатства?
Так сокровищ нам не счесть…
Что им надо, тунеядцам,
Что на крепость стали лезть?..
Если худо им, то хуже
Станет в миллионы раз;
Крови будет здесь - не лужи,
Море с речкою сейчас!..
У меня головорезов
Здесь в большом избытке есть, -
Главарям - ни встать, ни лечь им, -
Только за ноги - висеть…

НАИМУДРЕЙШИЙ
Что поделаешь, правитель, -
Уж такой лесной народ:
Сколько волков не кормите, -
Во вниманье не берут…
Я пытался их у храма
Поутру увещевать,
Только нашего-то хама
Можно, лишь петлёй унять…
Им – своё, они – своё мне
Все толкуют, сговорясь,
Что народ под гнётом стонет,
Натерпелись, хватит с нас!
Лучше всем нам здесь погибнуть,
С этой мерзостью в бою…
Только бы Навару сгинуть,
Смерть позорная ему!
НАВАР
Что хотят, каких уступок,
Что идут на риск и страх?
Был царём у этих глупых,
Вдруг, теперь стал главный враг.
НАИМУЖРЕЙШИЙ
У собравшегося сброда,
Всё одно лишь на устах:
Дать Атисии свободу,
Царь для них теперь - Сва-Раг…
Что им дело до Атисы,
До Сва-Рага – что за дело?
Я, Навар, понять не в силах,
Хоть и очень знать хотелось…
Никакие обещанья,
Не помогут, ни угрозы…
НАВАР
Жаждут лишь кровопусканья?
Будут им животным розы!..
Дать Атисии свободу?
Царь для них теперь - Сва-Раг?
Что ли мне бояться сброда?
Целовать Сва-Рагов флаг?
Крови будет здесь - не лужи,
Море с речкою сейчас!..
Если худо им, то хуже
Станет в миллионы раз;
У меня головорезов
Здесь в большом избытке есть, -
Главарям - ни встать, ни лечь им, -
Только за ноги - висеть…

ПОПУГАЙ СИРИН
   И сраженье закипело, - битва Неба и Земли; пламенем земля  горела,
небо пламенем горит… Молния стрелой пронзала, но Навар жив оттого, что Атиса обитала - в самом сердце у него…
   И Навар разросся до таких размеров, что никто не знал уж: что теперь с ним делать? И, казалось, с ним никто совладать не сможет, и одна надежда: Бог только лишь поможет.
   И такое чудо в небе совершилось: Радуга Господня в небесах родилась; И стрелой Навара радуга пронзила, голова и руки – разом отвалились. Разом отвалились, на земле лежат… Стали песней люди Бога воспевать! Славили поэты, и певцам под стать, то деянье Бога было прославлять!..
   
ГИМН СОЛНЦУ
На Востоке светом ярым,
Туч скопленье, рассекая,
Зорька утра занималась,
Всеми красками играя!
Воссияй же Розой ярче,
Лепесточки, распуская,
Здравствуй, Солнце! Здравствуй утро!
Здравствуй, зорька золотая!..
Пук лучей, пробившись к жизни,
Светом Землю озаряли,
Зазвенев, как струны арфы,
И кудрями засверкали…
Наполняли душу пеньем,
То - forte, то, замирая, -
Музы - в сердце, кровь – по жилам,
К песнопенью пробуждая!..
Песнь сама самозабвенно,
Исступлённо проплывала,
Душу золотой иглою –
Сладко-сладко прожигала…
Хоры на душе запели,
В ней костры ярей зардели,
Отзывались дрожью в теле
Звуки пикколо  свирели…
И душа свирелью стала;
Солнцу трепетно внимала…
Начинала песня литься,
И в лучах его искриться!..
И душистые жасмины
Распускали лепесточки,
И росинки  зазвенели,
Как волшебные звоночки…
Жизнь моя – частичка Солнца;
На ладье его мелодий -
По сверкающим стремнинам –
Шла в объятия природе.
И лучи на волнах пляшут -
К изумлению очей…
Жизнь моя, бери богатство
Утра солнечных лучей!
Из сокровищницы света, -
Дар нетленный, дар чудесный!
Нанижу на нити бусы
Солнцу трепетные песни!
Пусть сребристым перезвоном
Напевают ключевым,
И сверкают, как алмазы
Все на нитях дождевых!..
 
Солнце, Солнце! Гимны наши
Принимай в своих чертогах!
Очищай огнём блаженства
Нам печали и тревоги!..
Пусть сердца сольются с гимном,
В общей песенной отваге!
Солнце, Солнце, ты нам даришь
Звёзд пленительные саги!..
Воссияй же Розой ярче,
Лепесточки, распуская,
Здравствуй, Солнце! Здравствуй утро!
Здравствуй, зорька золотая!..
На Востоке светом ярым,
Туч скопленье, рассекая,
Зорька утра занималась,
В сердце красками играя!