суббота, 19 марта 2011 г.

ВИДЕНИЕ МАХАБХАРАТЫ. Александр СИГАЧЁВ


                      Музыкальная ведическая драма

   В данной пьесе «Махабхарата» представлена, как современная мировая драма. Автор попытался максимально приблизить текст настоящей пьесы к оригиналу по смыслу и мелодике санскритских шлок (стихов).

                    Действующие лица и исполнители:

Д х р и т а р а ш т р а, царь Кауравов слепой от рождения олицетворяет слепоту духовную нашего века безумия, лицемерия, стяжательства;
С а н ь д ж а я, ясновидящий мудрец при дворце царя Дхритараштры, живописец;
А р д ж у н а, прославленный легендарный воин-кшатрий династии Пандавов, ставший на путь нравственного, духовно очищения;
К р и ш н а, «Инструмент» Бога, давший наставления – Гиту (песнь Бога) Арджуне перед началом сражения на поле битвы Курукшетра;
Б х и ш м а, воин на стороне Кауравов против Пандавов, неодолимый, подобно всеперемалывающим современным средствам массовой информации, вся сила которых основана на насилии и сексуальном беспределе;
Д у р ь о д х а н а, старший сын слепого царя Дхритараштры, олицетворяющий собой все дурное, наподобие современных безумцев, одурманивающих себя всеми видами наркотиков;
А ш в а т т х а м а н, последний, ставшийся в живых воин, после великой битвы на поле боя Курукшетра;
В д о в а, женщина в черном, оплакивающая мужа, погибшего с великом сражении;
В сценах принимают участие воины, вдовы, ангелы.

                           ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

                            КАРТИНА ПЕРВАЯ

На переднем плане сцены, в углу, установлен мольберт в виде треножника, на котором закреплен холст на подрамнике для работы художника. Художник Саньджая рисует картину. Он время от времени отступает от картины, рассматривая ее со стороны.
С а н ь д ж а я  (разговаривает сам с собой)  Картина получилась просто потрясающая. Я и сам не ожидал, что получится – истинный шедевр! (Ходит вдоль картины, скрестив руки у себя на груди.) В самом деле, картина получилась такая, как не от мира сего…Господи! Боже мой!.. Что всё это значит?! Мною написанная картина словно оживает?! (Ладонью дотрагивается до своего лба, трет виски, говорит в полголоса, успокаивая себя.) Главное спокойствие, ничего особенного не произошло. Однако же взгляните, люди добрые. (Обращается к зрителям, указывая касточкой на свою картину.) Полюбуйтесь, пожалуйста: герои моей картины идут прямо сюда, на сцену. Подскажите, что делать будем, если они сейчас все разом выскочат на эту сцену!.. Слышите: они уже бъют в барабаны?! (Слышится отдаленный гул барабанов и топот капыт лошадей, которые все усиливаются, словно приближаясь издалека.) Нет, не могу больше этого видеть и слышать! (Саньджая закрывает ладонями свои уши и поспешно уходит со сцены.)

                             КАРТИНА ВТОРАЯ

    На сцену выходит слепой царь Дхритараштра в сопровождении Саньджаи. На голове у Дхритараштры царская корона, на плечах его плащ темновишневого цвета с золотой застежкой на правом плече. Своей рукой он держится за плечо поводыря Саньджаи и с царственной важностью проходит вдоль сцены. Саньджая в светлых одеждах, держится легко, непринужденно, вдохновенно. Поле боя Курукшетра находится далеко от них, но Саньджая обладает даром ясновидения. Он ясно видит поле боя Курукшетре, где происходит междуусобное братоубийственное сражение между Кауравами и Пандавами, и рассказывает о ходе битвы слепому царю Дхритараштре.
Д х р и т а р а ш т р а (обращается к Саньджае)
-Что сделали? – скажи, Саньджая,
Мои и Панду сыновья,
Собравшись в месте поклоненья –
На поле Куру для сраженья?
Пандавы ведь не шутки ради
Грозят мечом родному дяде?..
С а н ь д ж а я
О, царь - опора Кауравов!
О Дхритараштра, дело в том:
- Сокровище – рассудок здравый,
Но им владеет только тот,
Кто им владеет; и по праву
Арджуна стал на поле брани…
На сцене появляется колесница с воином-кшатрием Арджуной и возничьим Кришной.
А р д ж у н а  ( обращается к Кришне)
Друг Кришна, пока у врагов не в окружье –
Мне дай наставленье, я сверю оружье.
Меж вражеских ратей, как раз посредине,
Мою колесницу поставь между ними;
Там вражеские разгляжу я порядки,
Коль с ними нам биться начертано в схватке…
К  р и ш н а  (обращается к Арджуне)
По-твоему будь, друг Арджуна кудрявый,
Смотри, оцени: каковы Кауравы,
Но только прошу не для красного слова –
Меня не забудь – помни снова и снова.
Меня не забудь – как бы не было тяжко,
Со мною повсюду в одной будь упряжке…
Колесница презжает по сцене на некоторое расстояние и останавливается. Арджуна прикладывает ладонь к бровям, всматривается в даль.
А р д ж у н а  (обращается к Кришне)
Друг Кришна, я вижу: там деды и внуки,
Дядья, сыновья их – так смотрят жестоко.
И прочие все – так близки нам по крови,
Но в бой с нами насмерть идти все готовы.
Зачем убивать я сородичей буду?!..
Качает головой из стороны в сторону. Кладет руку на плечо Кришны, смотрит ему прямо в лицо, говорит с жаром:
Да лучше я сам лягу мертвым на поле –
За блага земные сражаться нет воли…
Пускай - Кауравы полны вероломства,
Все ж их истреблять – мой позор на потомства.
Мы жизнью самой наслаждаться не сможем,
Когда Дхритараштры сынов уничтожим.
Честней – без оружья и всякой защиты,
Испить свою чашу – быть тут же убитым!..
Решительно бросает свой лук и стрелы на землю, закрывает лицо своими руками.
Из глубины сцены выходят немного вперед Саньджая и Дхритараштра.
С а н ь д ж а я (обращается к Дхритараштре)
Вот выбросил лук свой Арджуна на поле,
Как видно, предался он Божеской воле.
В ладонях лицо - все слезами залито…
К чему ему стрелы и лук знаменитый?
К р и ш н а (Кладет свою руку на плечо Арджуны, обращается к нему с дружеским наставлением.)
Да как перед битвою - битвы страшиться?
Сметенье такое - не красит Арийца.
А р д ж у н а (Обращаясь к Кришне, говорит уже более сдерданно.)
Да как же сражаться мне с Бхишмой и Дроной?
Ведь слава о них, как у Солнца корона!
Чем их убивать – столь великих деяньем,
Мне краше в безвестности жить подаяньем!..
К р и ш н а (Говорит Арджуне более решительным тоном.)
Пойми ты, Арджуна, проникнись до сути:
Враги уж без жизни, как сонные трутни…
Сейчас же и здесь, и не поздно, не рано –
На поле вот этом закончится драма,
Чтоб новыми красками сочно играя,
Открылась вновь пьеса – свежа и живая!..
Для духа нет смерти, как нет и рожденья,
И нет сновиденья, и нет пробужденья.
Как плащ, обветшавший свой, с радостью сбросив,
Мы, счастливо новый плащ с радостью носим.
Рожденый - умрёт, чтобы вновь народиться,
Кто мудрый, тому горевать – не годиться!..
Воитель, вступая в сраженье - считает:
- Сквозь битву – ворота распахнуты в рае!
И если от битвы откажешься правой –
Навеки расстанешься с честью и славой.
И скажут потомки: «Он струсил в сраженье»,
Потеряно будет к тебе уваженье!
Герою – победа  само пораженье,
Долой малодушье, вступая в сраженье.
Герой к наслаждениям вкус уничтожит,
Лишь только увидеть он Истину сможет.
И, их поборов – к высшей цели приходит:
Само свое сердце, даруя свободе!..
Душа же бессмертна в любом воплощенье,-
Так может ли смерть приносить огорченье?
Исполни свой долг, назиданье усвоив:
Героя рождает миг правого боя!
Убитый – достигнешь небесного сада,
А что ещё сердцу геройскому надо!..
А р д ж у н а (обращаясь к Кришне, говорит нерешительно, но спокойно и сдержанно)
Друг Кришна, но если ты мне в назиданье
Превыше деяний всех ставишь познанье,
Тогда для чего, разуменьем богатый,
К столь пагубной сече толкаешь меня ты?
Мне мутишь сознанье искусною речью;
Ты прямо ответь мне: где благо я встречу?
К р и ш н а (Встает во весь рост в колеснице, протягивая обе руки Арджуне, приглашая подняться и его, говорит убедительно, вдохновенно.)
Без дела никто не достоет блаженства,
Без праведных дел – нет пути к совершенству.
Поэтому – действуй, бездействию дело
Всегда предпочти и сражайся умело!
Коль истинно ты ни к чему не привязан,
Тогда делай то, что ты делать обязан!
А р д ж е н а (говорит взволнованно и страстно)
Друг Кришна, светла и ярка твоя милость,
Как зорькой восток вся душа озарилась!
Мне чужды отныне сомненья былого,
Исполню твое вдохновенное слово!
Приградой душа  моя уж не смутиться.
Возьму снова лук, чтобы с честью сразиться!
                     Конец первого действия

                           ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

                            КАРТИНА ТРЕТЬЯ

В глубине сцены установлен царский трон. Появляются царь Дхритараштра и ясновидящий мудрец Саньджая. Дхритараштра, держась за плечо Сандьджаи, усаживается на трон. Саньджая располагается рядом с троном на коврике в позе лотоса и рассказывает Дхритараштре о ходе сраженья на поле боя Курукшетра, находящегося вдали от Хастинапура. Ясновидещему Саньджае не представляет труда созерцать картину боя происходящего на большом расстоянии. По ходу его рассказа на сцене разворачивается действие, соответствующее повествованию.
С а н ь д ж а я  (Рассказывает Дхритараштре о происходящем сражении с большим воодушевлением, вселяя в расстроенное сердце царя уверенность в победе Кауравов.)
Кому ж неизвестно такое явленье,
Сколь Бхишма могучь, коль на поле сраженья!
И всякий, оружие бросив, не бъется,
При виде столь яростного полководца.
Ему не помеха и темень ночная,
Хоть многим она, даже ум затемняет…
На сцене появляется колесница прославленного воина Бхишмы. На поясе у него висит знаменитый меч, за плечами - лук и стрелы. Голова Бхишмы украшена золотым шлемом. На плечах его легкая накидка. На груди его, на руках и на голенях ног золотые защитные пластинки. Колесницей воина Бхишмы управляет возничий, сидящий впереди, на возвышении. Колесницу Бхишмы украшает флаг, на котором изображен Кама – бог любвию. Возничий с подобострастием и большим удовольствием обмахивает опахалом  Бхишму, ожидающего нападения врага.  
Появляется колесница прославленного воина Арджуны с его возничим Кришной. На колеснице Арджуны развивается флаг с изображением Ханумана (Существо с туловищем человека и с головой обезьяны.) Колесница Арджуны остановилась напротив колесница Бхишмы.
А р д ж у н а (обращаясь к Кришне)
Вчера мне в сраженье увидилось к ночи
Вся сила и мощь Бхишмы, видил воочью!
Как войско Пандавов мертвит и крававит:
Так слон тросниковые заросли давит…
И войско смертельно он все поражает,
Как пламя сухую траву пожирает…
А раны от нас он легко переносит…
Что делать нам, Кришна?
К р и ш н а (Отвечает улыбаясь, но не сразу, но после небольшой паузы.)
Давай его спросим…
А р д ж у н а (Некоторое время вопросительно смотрит на Кришну,  наконец встает в своей колеснице, поднимает руку, указывая в сторону Бхишмы, обращается к нему.)
Эй, Бхишма-герой, ты нам с Кришной поведай:
Как битву с тобой нам закончить победой?..
Б х и ш м а   (Отвечает неторопливо, с чувством  превосход-ства.)
За жизнь свою, честно скажу: я спокоен,
Пока этот лук мой  здесь, рядом со мною.
Но, если оружья лишусь боевого,
Легко свою смерть я приму от любого…
Когда впереди войска Пандавов дети,
Невесты их, брошу оружия эти!
Тогда ты, Арджуна, столь мощный и смелый,
Вонзи в мое тело калённые стрелы,
Повергнув меня, остальных всех преследуй
Так царство своё возвратишь ты с победой!..
 Арджуна едва заметным поклоном благодарит Бхишму, садится в свою колесницу в задумчивости. Кришна его успокаивает, кладет ему на плечо свою руку, о чём-то тихо говорит ему…
Саньджая и Дхритараштра все это время находились на сцене. Саньджая продолжает рассказывать царю о событиях, разворачивающихся на поле боя Курукшетре.
С а н д ж а я  (обращаясь к Дхритараштре)  
Вот с Бхишмой Арджуна и Кришна простились,
Воздав ему почесть, на хитрость пустились,
Так войско своё подготовили к бою:
Поставив детей и невест пред собою…
После этих слов Саньджая, перед колесницей Арджуны стали два ангела в образе невесты и ребенка и начали танцевать. Бхишма выбросил свой боевой лук и стрелы на дно своей колесницы.
Напали Пандавы на Бхишму седого,
Разили его в битве снова и снова…
Арджуна имитирует стрельбу из своего лука, используя вместо стрел цветы, которые вручил ему Кришна, как символ духовного Знания.
Но, залитый кровью и  корчась от боли,
Стоял, не покинул он бранного поля…
Бхишма получая поток цветочных стрел, реагирует так, будто этот цветочный дождь причиняет ему нестерпимые физические муки. Наконец, он не выдерживает, нарушает свое обещание, берет другой лук и стрелы, имитируя беспрерывную ожесточенную стрельбу по своему противнику Арджуне.
Лук новый, в бою этом Бхишмой добытый,
Сгорает, как в топке, стрелою прошитый.
Бхишма вынимает свой знаменитый мечь и начинает размахивать им с безумной неистовостью, оскаливая зубы и сверкая очами…
Как вихрь, раздувающий пламень – секира,
И сам он, как пламя в день гибели мира!..
Так воины в страхе на Бхишму глядели,
Что волосы дыбом вздымались на теле!.. 
Арджуна изображает смятение на своем лице. Он словно отмаивается руками от Бхишмы. Бхишма бросает свои лук и меч, выхватывает длинный дротик и начинает им жестикулировать так, словно мечет не копьё, а молнии. Арджуна наконец словно опомнился от полного смятения и возобновил стрельбу из лука своими цветочными стрелами.
Как молния вспыхнул в руке Бхишмы дротик,
Арджуна пять стрел ему выпустил – против,
И дротик расколот. Как это случилось,
Что молния на пять частей раздробилась?
И Бхишма оглушен был грохотом громким,
Смотрел, как безумный на эти обломки…
Сверкает молния, раздаются громовые раскаты и, дротик Бхишмы раскололся у него в руках на пять честей…
Б х и ш м а  (поднимая руки к небесам)
Врагов поразил бы я всех очень скоро,
Коль Бог не служил бы Пандавам опорой!
Руки у Бхишмы опустились, голова его беспомощно упала на грудь.
Как видно у жизни достиг я предела
И смерти моей, верно, время приспело…
С а н ь д ж а я  (обращаясь к Дхритараштре)
От стрел не искал Бхишма больше защиты,
Сквозь щит и броню многократно пробитый.
Арджуна, порывистый в схватке и в спорах,
В грудь Бхишмы метнул девять стрел златоперых.
Колесница Арджуны вплотную подъезжает к колеснице Бхишмы и Арджуна осыпает Бхишму лепестками и бутонами цветов.
Но Бхишма не дрогнул: спокойна вершина
Хотя у подножья трясётся равнина.
Воитель Арджуна в сраженье счастливый,
Метнул двадцать стрел он из лука Гондивы!..
В противнике двадцать пробил он отверстий,
Но Бхишма не дрогнул, исполненный чести…
Не дрогнул. Хоть хлынула кровь из отверстий.
И стрел оперённых вошло в него двести!..
Стоял не колеблясь, как мира основа,
Арждуна же, силою движимый новой,
Разбил его лук, удивлявший величьем,
Свалил его знамя совместно с возничим. 
Арджуна взял из колесницы Бхишмы его лук и знамя. Положил их на сцену и осыпал все это лепестками цветов. Из колесницы вышел возничий Бхишмы и лег рядом с луком и знаменем, осыпанными цветочным дождем.
А Бхишма все новых приняв приношений,
Ни в чём не искал уж защиты в сраженье.
На землю нахлынули крови потоки,
В которых и ближний тонул и далёкий.
Арджуна осыпал лепестками цветов и Бхишму, и вокруг него, бросая пригошни цветов и в зрительный зал (цветы знания Истины).
Теряя колёса и оси, и дышла,
Сшибаясь в бою колесницы. И пришлый,
И здешний, в мученьях терзались.
Слоны в гущу всадников грозно врезались.
Колесница Арджуны движется вокруг колесницы Бхишмы, к колесница Бхишмы стоит на месте. Иногда колесница Арджуны задевает колесницу Бхишмы, и тогда раздаётся мелодичный звон колокольчиков.
Топча лошадей колесницы и конных.
И стрелы впивались в слонов разъяренных.
И падали в груду слоны друг на друга,
И рёвами их оглашалась округа.
И люди стонали, и лошади ржали.
И долы тряслись и вершины дрожали,
Пандавы на Бхишму исполнены гнева
Напали со стрелами справа и слева:
- Хватай, опрокидывай, бей в поясницу!-
Кричали бойцы, окружив колесницу…
Арджуна снова и снова осыпает Бхишму потоками цветов знания Истины.
И места не стало у Бхишмы на теле,
Где б стрелы, как струи дождя не блестели б: 
Торчали, как иглы средь крови и грязи,
Как на ощетинившемся дикобразе!..
Так Бхишма упал на глазах своей рати,
Упал с колесницы своей на закате.
Бхишма вышел из своей колесницы и лег на ложе из цветов.
К востоку упал головой, грозноликий –
Бессмертных и смертных послышались крики,
Упав на закате - на поле кровавом,
Он смелости, твердости придал Пандавам.
Но это, сильнейшего в роде – паденье,
Тогда Кауравов повергло в смятенье.
- То ствол, - причитали, - упал с колесницы,
Без меры отмерил он Куру границы.
От битвы губительной в страхе отпрянув,
Воители двух межусобленных станов…
Колесница Арджуны отвозится от колесницы Бхишмы на некоторое расстояние.
Они без щитов и воинственной стали,
Вкруг Бхишмы, известного воина стали…
К Бхишме подошли Арджуна, Кришна, Дурьодхана.
Друзьями он был окружен и врагами,
Как мира творец окружён божествами
Почтить храбреца, позабывши о месте,
Пандавы пришли с Кауравами вместе!..
Тогда, своему и враждебному стану
Он молвил:
Б х и ш м а  (простирая свои руки к небу)
Я вам докучать уж не стану,
Но виснет моя голова мне на горе:
На стрелах покоясь нуждаюсь в подпоре…
С а н ь д ж а я  (обращаясь к Дхритараштре)
Арджуна был доброму верен порыву:
Калёные стрелы достал и Гандиву.
И выстрелил доблесный, полный печали,
И стрелы под голову Бхишмы попали.
Арджуна выпускает из лука цветок, осторожно, барежно бросая его под голову Бхишмы.
Упёрлись в затылок ему опереньем,
И Бхишма, боровшейся долгим бореньм,
Доволен был этой подушкой походной,
Б х и ш м а  (обращается к Арджуне)
Арджуна, ты муж превосходный!..
- Ты волю постиг мою, - молвил он внуку,-
Хвала твоему благородному луку!..
Теперь я доволен, теперь я спокоен:
На ложе из стрел умереть должен воин!..
С а н ь д ж а я  (обрашаясь к Дхритараштре)
Затем Кауравам сказал и Пандавам,
Царевичам юным, царям седоглавым:
Б х и ш м а  (с чувством высокого достоинства)
С исполненным долгом пришел я ко благу:
На ложе из стрел с опереньем возлягу.
Лишь Солнце сокроет свой блеск за горами,
Сокроюсь и я, провожаемый вами,
Когда колесницы владетель багряной
Отправится к Солнцу в места Вайшраваны.
Покину я жизнь, как любимого друга.
Костер мне пусть станет последней супругой.
На ложе из стрел я взошел ради чести,
Теперь – на кострище со стрелами вместе.
А вы, кто всего мне дороже на свете,
От битв и вражды откажитесь о, дети!..
С а н ь д ж а я
И Бхишма дышал, как змея, проявляя
Спокойствие, тяжкую боль подавляя.
Б х и ш м а
Друзья,  Я калеными стрелами мучим,
Как будто охвачен я пламенем жгучим.
На ложе из стрел я лежу, ожидая,
Чтоб Солнце взошло и Луна моломая.
Мой рот пересох и горит мое тело;
Воды принесите – она охладила б…
С а н ь д ж а я
Арджуна взял лук свой победный – Гондиву,
Вложил он стрелу в тетиву, горделивый,
И вот, вокруг Бхишмы свершив круг почёта,
Стрелу вонзил в землю с сыновьей заботой.
И светлый источник забил в этом месте.
И влага явилась с прохладою вместе
И, жажду свою утолив той водою,
Старик вдохновился отвагой святою.
Деянье Арджуны так всех поразило
Невиданной, чистой, божественной силой.
На сцене появляются ангелы. Надевают Арджуне цветочные гирлянды на шею.
И Бхишма сказал ему перед кончиной:
Б х и ш м а  (приподнимая свою голову)
Не диво, что мужества стал ты вершиной.
Из смертных никто здесь тебе не подобен,
Коль, чудо содеять такое способен,
Как Брахма – Создатель, и Вишну – хранитель,
Оружье извечным владеет воитель!..
В сей битве победу одержат Пандавы –
Чисты, правоверны, воздержанны, правы!..
Да будет с кончиной моей мир народам,
Пусть мир будет в добром согласии с родом.
Брат с братом, открыто и радостно глядя,
И с сыном – отец, и с племянником – дядя.
Голова Бхишмы опускается и остается без движения.
С а н ь д ж а я
И, боль обуздав свою, праведник строгий,
Навеки умолк, поручив себя йоге…
Ангелы торжественно поднимают знамя Бхишмы с изображением бога любви – Камы, и уносят со сцены.
Занавес

                              ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

                           КАРТИНА ЧЕТВЕРТАЯ

В глубине сцены на троне сидит царь Дхритараштра, рядом с ним на коврике сидит мудрец Саньджая продолжает свое повествование о великой битве на поле боя Курукшетре.
Д х р и т а р а ш т р а  (обращается к Саньджае)
Скажи мне теперь о, мудрец мой Саньджая,
Когда сыновей моих рать поражая,
Пандавы ее разгромили в той схватке,
Что сделали воинов наших остатки?..
С а н ь д ж а я  (Уже не в состоянии скрыть от царя Дхритараштры полное поражение Кауравов.)
О, царь Дхритараштра, из нашего стана
Бежали подруги и жены отважных.
Живыми, лишь братья – Пандавы остались,
И царствовать станут в столь царственном стане.
Им выпал для счастья и храбрости жребий,
Им здесь. На земле хорошо и на небе.
Дурьодхана ж с берега в озеро сходу,
Нырнул с колесницы в озёрную воду.
И сын твой Дурьодхана, царь всепобедный,
Уснул, окружённый водою озерной.
Пандавы ему говорили с усмешкой:
- Вставай и сражайся геройски – не мешкай!
Довел свое войско до битвы позорной,
И скрылся под тиной зеленой, озёрной…  
А он отвечает: «А как мне сразиться?
Где кони мои? Где моя колесница?
Могу ль я сразиться, врагом окруженный,
Друзей, и коней, и оружья лишённый?!
Но вашей обиды я вынесть не в силах.
Кого-то из вас в поединке сразил бы…
И если дадите на то разрешенье:
С Пандавом на палицах будет сраженье.
И вот, свой зеленый приют покидая,
Дурьодхана в единоборство вступает…
Появляется Дурьодхана, он шатается из стороны в сторону, словно пьяный. Проходит по сцене неуверенной походкой, опираясь на булаву в виде винной бутылки.
Едва в поединок вступил рукопашный,
Как бедра раздроблены палицей страшной.
Слышится пронзительный звук тормозов  современного автомобиля. Дурьодхана падает.
И сын твой упал и на поле печали
Слоны затрубили и кони заржали…
Раздаются звуки сирены скорой помощи.
Вокруг него хищников целая стая,
И воют шакалы, еду предвкушая…
Он умер, зарывшись в песок головою:
Не вынесло сердце шакального воя.
На бранное поле, лишь ворон летает,
Да чья-то вдова голосит, причитая:
В д о в а
Господь мой Всевышний,
Ужель не права я?!
Пускай оживёт он:
Без друга – мертва я…
Без друга не надо
Мне хлеба и крова!
Без друга не надо
Мне неба дневного!
Вез друга не надо
Мне вешнего цвета!
Без друга не надо
Мне счастья и света!
Не надо мне дома,
И поля, и сада!..
Без друга мне жизни
Не надо! Не надо!..
Пускай оживет он!
Без друга мертва я!
Господь мой Всесильный,
Уже ль не права я?!
Два ангела поднимают ее с земли, дают ей цветы, надевают цветочную гирлянду ей на шею и уводят ее с места трагедии за кулисы. Дхритараштра и Саньджая уходят со сцены. Затем,
Все актеры выходят на сцену для приветствия. Поднимается Дурьодхана. Все кланяются и уходят со сцены.
                                                                     Конец спектакля.


Комментариев нет:

Отправить комментарий